Одно дело — слушать про дикарские нравы, другое — смотреть на ровесника, смело таращащего глаза на колдуна!

И ведь не боится! Ну, прямо глупая горлинка, которую подманивают зерном!

— Скажи мне, охотник… — Нишай и погладил татуировку скорпиона на щеке. — А далеко ли приречная долина?

— Полдня пути, — ответил парень, продолжая разглядывать юного мастера чёрного слова.

Похоже, он даже не догадывался, кого видит перед собой.

По возрасту и телосложению охотник был вполне похож на Нишая. Вот только босые ноги — совсем никуда не годились.

— А что там, в приречной долине? Есть ли какое-то поселение? И как называют эту реку?

Нишай кивнул одному из слуг на ноги дикаря, и тот побежал искать сапоги среди багажа.

— Реку называют Кадын. И говорят, что у водопада видели крылатых волков и юношей, которые учатся летать на них.

— Вот как?

Сердце Нишая болезненно дёрнулось.

Неужели Шудур взялся вырастить собственную армию и зарезать крикливого племянника императора, дурака терия Ведена?

А Вердену, выпросившему себе титул терия — наместника императора — Шудур, наверное, решил скормить сказку про то, что воинов растит Нишай?"

"А может, и воинов никаких нет? Может, это всё интриги, и Нишая ждёт в городе разъярённый наместник, чтобы обвинить невесть в чём?

— Сможешь ли ты проводить нас до водопада, юный волк? — спросил Нишай.

— Да тут и провожать не надо, — улыбнулся парень. — Езжайте всё время прямо, пока дорога не пойдёт вдоль реки. Но к переправе не сворачивайте, продолжайте ехать по караванной тропе пока не увидите водопад. И вот уже от него свернёте, там будет видно, куда.

— Благодарю тебя, волк, — улыбнулся Нишай. — Примерь мою благодарность!

Он кивнул слуге, и тот протянул парню новые сапоги из крепкой драконьей кожи. На такие охотнику было и за год не заработать.

— Спасибо, — сказал тот с достоинством. — Но ведь я не так много помог тебе.

— Да ты примерь, вдруг малы? — весело попросил Нишай.

Сапоги оказались в самый раз. Вот только глаза у охотника сделались вдруг пустые и тусклые, ноги ослабли. А потом волосы его стали быстро темнеть, а руки и лицо — покрываться татуировками.

— Э, да тебе нужно отдохнуть, волк! — рассмеялся Нишай.

Воины подхватили ошеломлённого охотника и усадили в паланкин.

Юный колдун сложил руки у груди, делая магический жест, и слуги едва успели задёрнуть занавески с уснувшим «гостем».

— Мне нужны шестеро! — велел охране Нишай. — И малый сундук.

— А ваш паланкин, господин? — спросил начальник охраны.

— Только мой меч!

— Но какая мудрость в том, чтобы идти своими ногами? — решился спорить начальник охраны.

— Да у меня уже все кости болят от вашей тряской дороги! — рассмеялся Нишай. — Пройдёмся пешком.