Мучаясь от безделья, Нишай начал представлять, что сделает с главным колдуном Шудуром, когда соберёт на него компромат, очернит перед императором и тот взмахнёт вялой рукой, сплошь покрытой татуировками: «Убей его!»

Подробности виденных в детстве казней мелькали в воображении, разжигая костёр мести. Шудур давно зажился в этом мире. Пора бы ему отдать душу Эрлику.

Однако солнце скоро опалило верхушки кедров, и юный мастер печатей начал размышлять, как наказать нерасторопных рабов, несущих паланкин.

Он дёрнул шёлковую занавеску, высунул голову и… увидел город.

И с неудовольствием подавил раздражение. Прибытие совсем не означало желанного отдыха. А вот поглазеть на новое приобретение императора было любопытно, и Нишай сдёрнул шёлковое покрытие, чтобы увеличить обзор.

Завоёванный город оказался всего лишь тёзкой Вайги. Сплошные грязные юрты да исходящий незримым маревом каменный круг колдунов. Ни тебе приличной чайханы, ни шатров с девственницами.

Юный колдун притворно вздохнул. На самом деле он терпеть не мог тупых девственниц, чья воля была совершенно стёрта печатями. Куда интереснее было зажать в хозяйственном углу юрты хорошенькую служанку!

Позади громко заблеяли птицы-верблюды, тащившие полагавшиеся колдуну атрибуты власти и сундуки с вещами. Раздались крики погонщиков.

Нишай нахмурился, злясь на себя за мальчишеское возбуждение, и прогнал мысли о служанках. Думать следовало об интригах. О том, зачем проклятый Шудур решил его разыграть?"

"Что за «приречная долина»? Почему Шудур врал Нишаю в глаза, утверждая, что тот уже прибыл и торчит где-то под городом?

В чём тут сокрыто коварство главного колдуна?

Нишай потёр ладонями лицо. К коварству придворных ему было не привыкать. Мать с раннего детства наставляла его никому не верить, давала малые дозы ядов, учила запретной магии.

Смерть подстерегала везде. Ведь Нордай, сын императора Адджера Страшноголового был… «странным» парнем. И если крышу у него снесёт окончательно, именно Нишай, сын сестры императора, по праву станет наследником.

Это было приятно, но очень опасно. Ведь кроме Нишая имелись ещё и племянники, и ближники императора с желанной драконьей кровью. И молодой магически одарённый конкурент сильно мозолил глаза бездарным воякам.

Нишай был достоин высокого императорского кресла и по рождению, и по способностям. Чем и возбуждал брожения и интриги среди придворных.

Не то, чтобы он хотел стать императором прямо сейчас. Вполне можно было и подождать годок-другой, пока принц окончательно не одуреет или его не прикончит кто-нибудь из родни, как позорящего драконий род. Ибо драконы прежде всего мастера слова, а не махатели железными палками.

Царевич Нордай с самого рождения был замкнут и нелюдим.