Айнур решил, что нужно отыскать естественные возвышенности у водопада или на ближайшей горе. И наблюдать оттуда за небом и лагерем.

Его воины тем временем сооружали две больших юрты, чтобы было где прятаться от воздушных патрулей. Да и просто спать. Народу у нас сильно прибавилось, а ведь ждали ещё волков и барсов.

Незур пока не вернулся, и покрывать юрты решили пластами кедровой коры. Этого материала в горах имелось в избытке.

Аилы было бы проще построить и покрыть, но они очень бросались бы в глаза. А вот крытые корой юрты — как раз для нищих зайцев, вроде нас.

Пока наставники бродили по окрестностям, я решил занятий не прекращать. Построил парней, стал возиться, обучая фокусам работы с мечом.

Это были совсем не те приёмы, которыми в совершенстве владел Камай, а дикая мешанина из ножевого боя моей родной реальности, самообороны, айкидо и самых грязных приёмов уличной драки.

Искусство Камая требовало многолетних тренировок, его не набрать в пару месяцев. И я, махнув рукой на красоту движений, учил парней сражаться за жизнь всеми возможными способами. Швырять в лицо противнику песок, бросаться в ноги, выбивать оружие палкой, нападать всем скопом на одного.

Мои ученики — каждый в отдельности — были слабее взрослого мужика. Но уже вдвоём могли успешно противостоять вооружённому воину. Если он, конечно, не был мастером драконьего меча.

Я показывал приём, старшие повторяли. Младшие пока только смотрели. А то за ними не уследишь.

— Видели, как надо? Ну а теперь представьте, что вас сбросили с волка на землю! — спрашивал я, прохаживаясь перед шеренгой старших, как заправский Йорд. — Как обезоружить врага?

Как выбить меч, я показывал вчера.

Догадались. Я покивал — молодцы. И задал следующий вопрос:

— А как выбить нож?

Вот тут уже мои бандиты начали переглядываться. Драться умели многие.

— Нападайте на меня! — разрешил я.

Багай бросил палку, изображавшую меч, и вытащил нож, глядя мне в глаза весело и нахально.

Ножами мальчишки учатся владеть с детства. Это серьёзная игрушка.

Месяц назад я бы потребовал взять щепку. Камай не умел биться ножом — не царское это дело. Но мои умения постепенно проросли в его тело.

Бросок! И «охотник» засопел, изображая обиду.

— Чё быстро-то так? Я не понял!

Пришлось повторять медленно: сделал захват, увёл руку с ножом, выкрутил запястье.

— Ух ты! — обрадовался Багай. — Кима, иди, попробуем!

— Оставь раненого в покое! — Я не разрешал поединков, когда один из противников был откровенно слабее. — Возьми из младших кого.

Младшие прямо запрыгали, выражая немедленное желание.

Удивительно, как все здешние мальчишки хотели учиться.