— Если бы я была в опасности, я бы вызвала тебя через метку! Мне важно знать, как там остальные! Кто напал? Как так вышло? Я хочу знать, а не трястись здесь в неизвестности!

— Лера, ты моя избранная, — он обхватывает моё лицо ладонями, нежно смотрит в глаза, — тебе не надо об этом беспокоиться…

Оттолкнувшись от него, оказываюсь в ещё более крепких объятиях.

— Отнеси меня в академию! Немедленно!

— Там может быть опасно…

— Не буду пробовать кровь, пока не отнесёшь!

Грудь Арендара вибрирует от рыка, но он его гасит. Нервно поглаживает мою спину.

— Я серьёзно, — рычу ему грудь. — Я твоя избранная, а не бездушная кукла. Мне не будет покоя, пока сама всё не увижу. Академию, ребят, Нику.

Тяжело вздохнув, он зовёт:

— Пушинка, сюда.

— Пф. — Она спрыгивает с кровати и подбегает к нам, чтобы оказаться в кольце золотого перемещающего огня.

* * *Едва пламя опадает, в нос ударяет запах дыма. Мы возле обломков стены. Поле рядом с академией в подпалинах.

— Вроде всё спокойно. — Обнимая меня за плечи, Арендар направляется в сторону женского общежития. Пожалуй, Нику в первую очередь следует искать там, и я спешу на поиски. Только бы Ника была жива! Только бы она уцелела!

Подставки для артефактов стоят пустые. От деревьев вокруг центральной площадки академии остались лишь обгорелые пеньки.

— Смотри же, какие они молодцы! — доносится от административного здания восклицание магистра Саториуса. — С меня девочкам косметика, а парням выпивка!

Кто-то нервно смеётся. В группке бледных студентов несколько из тех, с кем мы тренировали щиты. Магистр Саториус тогда грозился за плохие щиты косметику отнимать. Теперь, судя по его светящемуся лицу и обещаниям, они всё сделали правильно.

— Выпивка, это немного… непедагогично, — замечает растрёпанный Эзалон.

Но Саториус счастлив:

— Они же молодцы, такие щиты держали, что ни один студент не пострадал. Ты сам проставиться должен, — он похлопывает вздыхающего Эзалона по плечу, а тот уныло отзывается:

— Мы разоримся на ремонте.

— Да ладно, главное, все живы.

— Чем мы будем кормить студентов? — Эзалон оттягивает воротник. — Погреба с продуктами затопило, завалило…

Заметив нас, Эзалон и Саториус умолкают. Взгляды обоих устремляются на моё запястье, где золотом горит метка Арендара. Профессор и магистр слегка склоняют головы — и возвращаются к животрепещущей беседе.

— А винный погреб устоял? — интересуется Саториус.

Ответа нам уже не слышно. А среди прореженных деревьев показывается женское общежитие. Часть стёкол выбита, на углу — трещина. Но окно нашей с Никой комнаты цело.

Я бросаюсь к крыльцу.

— Осторожнее. — Арендар прикрывает меня золотым щитом."

"Внутри общежития пахнет побелкой, её ошмётки крошатся под ногами.