В каждом из нас таятся крайности, однако жизнь проходит узкой тропой между ними, часто выражается в поступках незначительных, которые легко простить или не заметить, но суть ведь не в масштабе деяния, верно?"

"Послать произнесенное от души проклятье в адрес подрезавшего тебя водителя, а в следующий миг ответить на звонок, коснуться сенсора мобильного, оттаять, тепло ответить: «Да, любимая?» – кто из нас не проходил через это?

На самом деле мы не лицемерим. Добро и зло постоянно смешиваются полутонами, растворяются друг в друге, формируют пограничные пространства, обнесенные частоколами условностей, правил, этических норм, личных убеждений.

Извилистый путь между Голгофой и Пропастью – вот наша суть. Мы лишь иногда оглядываемся на пройденное, реже – смотрим внутрь себя, но помним и видим лишь избранное.

Однако жизнь любого из нас способна измениться за двадцать четыре часа, а иногда еще быстрее.

Что, если рухнул частокол условностей, пали оковы привычного мировоззрения, гору смыло, а ее обломками завалило багряную пропасть? Вокруг простирается лишь бескрайняя пустошь, и ты один, свободный и одинокий, как никогда прежде?

* * *Яна открыла глаза.

В противоположном углу отсека изломанной тенью застыл амгах.

Игра в одни ворота неожиданно закончилась. Вживленный ей модуль технологической телепатии уравнял шансы. Чуждое устройство, подтверждая слова Райбека Дениэла, даже при незначительном мнемоническом усилии позволило пройти сквозь облик телесной оболочки, увязнуть в мыслях амгаха, среди которых отчетливо читался взгляд со стороны: она увидела себя, скорчившуюся у стены тесного полутемного отсека. Жалкое, полное ненависти, но уже ни на что не способное двуногое существо.

Комок нервов, пропитанный злобой.

Омни сейчас, должно быть, млеет от ощущения одержанной победы. Еще бы. Он – паук, притаившийся в центре ментальной сети, свихнувшийся исследователь, падкий до острых эмоций и технологических секретов…

«Как бы там ни было, его устроит любой вариант, – подумала Яна. – Вцепимся мы в глотку друг другу, попытаемся договориться или, скрипя зубами, так и останемся каждый в своем углу, Го-Лоит получит искомое. Он специально стравливает нас, до предела обостряя застарелую неприязнь, взламывая защиту рассудка, чтобы копаться в обнажившихся мыслях, сортируя их, выуживая из омута ненависти обрывочную, но нужную, полезную для него информацию».

Она закрыла глаза, откинула голову, коснулась затылком шероховатой стены. Проклятые фантомные ощущения! Они не отпускали. Боль концентрировалась в том месте, где пуля разорвала плоть, перечеркнула жизнь.

«Нравятся мои ощущения? – мысленно обратилась она к омни. – Хочешь узнать меня поближе»?

Багряные сумерки ее души.

Яна родилась здесь, в Первом Мире.