В мире, наполненном болью,Кто-то зовет тебя по имени…Почему бы нам не сделать это на самом деле?Может, я, может, ты…"

"Какая длинная композиция. Кончится она когда-нибудь или нет?! Скорей бы освободиться от сильных рук Джаника. И не чувствовать его горячее дыхание у щеки. И вернуть себя самой себе. Потому что нельзя так. Неправильно это, что она сейчас чувствует. Это… Это же ужас, что она сейчас чувствует! Это стыд, это пошлость, это безнравственно, в конце концов! А еще, наверное, у нее щеки горят. И не дай бог кто-нибудь из «племени младого и незнакомого» заметит, выдаст какие-то свои дурацкие подозрения.

Музыка кончилась, и Марсель вынырнула из объятий Джаника, испуганной птицей порскнула на кухню. Джаник было пошел за ней, но Юрка его зачем-то окликнул. И хорошо, что окликнул. И музыка заиграла уже ритмично разухабистая, и племя младое дружно выскочило из-за стола.

Остаток вечера Марсель уже сторожила, чтобы снова не попасть на медленный танец в объятия Джаника, носилась из гостиной в кухню с озабоченным лицом заполошной хозяйки. Когда Леня спросил, отчего она такая взбудораженная, махнула рукой:

– Голова разболелась, Лень.

Может, я им сейчас горячее подам и домой пойдем? Тем более мы утром на дачу к Зиновьевым ехать собирались, тебе спать надо лечь раньше, чтобы хмель выветрился.

– Что ж, пойдем. Я так полагаю, наше присутствие им уже как кость в горле. Пусть отрываются, сколько влезет, лишь бы квартиру не спалили.

Марсель рассмеялась, беззаботно махнула рукой:

– Не переживай. Если что, соседи пожарных вызовут. Я сейчас Юрке все указания дам. Чтобы про торты к чаю не забыли.

– Так лучше не Юрке, лучше Лене указания дай. Она девушка более ответственная, все сделает как надо.

Лена слушала ее указания с очень серьезным видом, важно кивала головой. Потом произнесла:

– Не беспокойтесь, пожалуйста, все будет нормально. Я за всем прослежу. И утром все приберу, квартиру вымою.

– Утром? А вы что, до утра гулять собираетесь? – удивленно распахнула глаза Марсель.

А Лена вдруг покраснела, нервно сжала ладошки. Хорошо, что Леня пришел на помощь, позвал ее из прихожей:

– Марсель, ты идешь?

– Да, иду… – заторопилась она, виновато улыбнувшись и тронув Лену пальцами за предплечье: – Пока, Леночка… Смотри, чтобы все в порядке было, ага? И музыку после одиннадцати приглушите немного, чтобы соседи не возмущались.

А мы с утра на дачу к друзьям уедем, не теряйте нас, хорошо?

– Да, всего доброго, не волнуйтесь. Счастливо вам отдохнуть на даче!

К Зиновьевым отправились поздним утром следующего дня – после пережитого волнения на Юркином дне рождения Марсель долго не могла уснуть.