Я ведь только сейчас понимаю… У каждого свой язык любви.

Мой муж любит, создавая для меня комфорт и безопасность. А я? Любовь для меня всегда была тем, о чем надо говорить…

В этом наша разность и то, в чем мы друг друга не понимали.

Кстати, не знаю уж связано ли это с венком, но Тигран одним днём уволил своего финансового директора. Поступок, по словам моего свекра, совершенно идиотский. Но я почему-то не сдержала внутреннего ликования.

— Траур? — облизываю пересохшие губы. — Я думала… тебе понравится, — закусываю нижнюю губу и смотрю, как взгляд мужа блуждает по черному шелку.

Под ним новый комплект однотонного нижнего белья, который специально купила.

— Ну, помоги, — с придыханием говорю.

Рука Тиграна накрывает мою шею, большой палец массирует круговыми движениями, пока пульсирующая венка вздувается, сильно бьется.

Затем муж спускается ниже, надавливая, проходится по всей поверхности груди, подцепив край тонкого кружева лифчика.

Взгляды переплетаются, когда второй рукой Тигран дергает за руку, заставляя прильнуть к себе.

Его тело пышет жаром, а сердце пробивает ребра. Так мощно оно стучит. Мне даже страшно становится от силы его ударов.

Бедром ощущают пах, который становится все напряженней и тверже.

— Савва…

— Да спит он уже давно.

— Так рано же еще.

— Он послушный ребенок. Папа попросил, сын выполнил. Разве не прекрасно?

— Угу, — выговариваю как полустон.

Губы Тиграна проходятся по линии основания шеи, и муж сладко присасывается к тонкой коже, вызывая целые всполохи ярких чувств.

Находим губы друг друга и сталкиваемся языками.

Мы и раньше целовались. Но сейчас… что-то все-таки изменилось с того вечера, когда мы откровенно поговорили друг с другом. Ну, когда Мансуров признался, что любит меня.

С ума можно сойти. Мой Тигран меня любит. Я прилипла к его сердцу.

— Ты смеешься?

Просто качаю головой и сама тянусь за новой порцией моего тирановского кайфа.

Муж берет меня под бедра и относит на нашу широкую кровать. Вчера я заправила ее новым постельным бельем, и до моего носа дотягивается едва уловимый запах лавандового кондиционера.

Полы халата разошлись в стороны. Чашечки лифчика спущены вниз. Получается, на мне только крошечная кружевная ткань, которая скрывает гладкий треугольник между ног.

Тигран обводит мое тело взглядом, от которого искрящееся напряжение сливается вниз живота. Неподдельный мужской интерес заражает кровь ярким возбуждением.

Я как свежая глина, смоченная водой. Лепи, что душе угодно.

Распаренная кожа почему-то начинает зудеть. Это из-за черных глаз мужа. Он же не прекращая изучает. Дышит глубоко, часто.

Против воли дышу так же.

Чуть наклонившись, указательным пальцем цепляет кружево в том месте, где начинается лобок, и медленным движением стягивает их.