Но этого хватает, чтобы тусклая, почти прозрачная синева драконьих глаз вспыхнула синим пламенем.

- Ты была осторожна? - Глава Тайной канцелярии остаётся таковым в любой ситуации, даже если серьезно ранен и едва способен говорить.

- Да, господин дознаватель. Делаю, всё как вы учили.

Он одобрительно кивнул и, превозмогая слабость, протянул мне ладонь.

- Иди ко мне.

Муж находился без сознания два дня. А едва пришел в себя – первое, что сделал, разыскал мою руку и, притянув к себе на грудь, шепнул, чтоб никому не доверяла. Особенно Высшим демонам.

- Они слепо преданы Вечному Владыке, а ты ждешь ребенка от темного дракона, Рози. Это весомый повод незаметно взять тебя в заложницы до рождения моего сына. А потом манипулировать мной в угоду личных интересов. Поверь, любой козырь, который попадает в руки Высшим демонам, они используют без оглядки на чувства.

После этого признания внутри что-то перевернулось.

Я уже не могу беззаботно бежать по утрам на пары в любимый кабинет, как было раньше. Прежние легкость и уверенность в завтрашнем дне испарились, а из темных углов то и дело мерещатся силуэты затаившихся перед ударом убийц.

Задавив внутреннюю тревогу, прошла к дракону и переплела наши с ним пальцы.

Алекс поднес мою ладонь к губам, поцеловал.

Плененная взглядом дракона, присела и поняла, что пальцы зудят от желания погладить мужскую щеку. Не сдерживая порыва, прошлась подушечками по гладкой скуле и вдруг поймала себя на том, что испытываю особое удовлетворение. Недавно я не то, что касаться брата Императора – видеть его не хотела, а теперь так же, как ребёнок нуждается в отце, я вдруг осознала, что очень нуждаюсь в мужчине-защитнике.

Разгоряченная кожа под моей щекой казалась гладким камнем.

Я так увлеклась этим ощущением, что не заметила, как дракон подался навстречу и поцеловал. Прикосновение к губам было мягким и осторожным. Он вновь извинялся за каждые прожитые в «прежнем» браке мучительные часы. Показывал жене, что умеет быть другим отцом и мужем: нежным и заботливым. Тайная сторона драконьего «Я» была предназначена только мне и нашему сыну и, кажется, лёд в глубине души начал таять.

Неожиданно из груди Кайдена донесся рык. Он разорвал поцелуй и отпрянул, морщась и встряхивая головой. Черная грива драконьих волос скрыла мускулистые предплечья и упала ему на грудь.

Я обхватила его голову ладонями и вгляделась в бисеринки пота, выступившие на бледном лбу.

- Тебе больно?

- Не бери в голову, - он прижал к себе и заверил: - Всё в порядке.

Дар ощутимо воспротивился – не в порядке. Но суровый Глава тайной канцелярии, как любой тёмный дракон, никогда не признается, что болен или ослаб. Даже если будет у последней черты.

Эта горькая мысль разбилась о тяжелую мужскую поступь.