И всю ночь они поджидали преступника в засаде. Но тот не явился в ловушку.

А утром Джон проводил Феба до участка, приказал идти домой отсыпаться. И на следующий день вызвал на ковер. Ох, сколько «теплых» слов Фебу пришлось услышать! Джон ругал за беспечность и наивность. За то, что Феб, не предупредив, пошел следом и мог угодить в руки преступника. Который убил бы беззащитного мальчишку. Но… после выволочки Джон улыбнулся и сказал, что берет Феба к себе в команду. Так и началась их совместная работа."

"– Да кто меня мог зацепить? – густо покраснел Феб и отвел взгляд, резко дергаясь, стремясь вырваться из цепких пальцев, но не получилось.

– Я просто делаю свою работу! Хорошо делаю, на совесть! И не хочу, чтобы в тюрьму села невиновная… невиновный! Вот. А Альдор Соул опасен. Пускай у него безупречное алиби, но мне кажется, он что-то скрывает. Может, именно он подбросил Мэри это письмо? Мэри не виновата, Джон, поверь мне!

Феб подался ближе. И медленно достал из кармана конверт с письмом, протягивая Джону.

«Да, да, ты победил! – мысленно сдался на милость победителя Феб. – Пойдем мы вместе на Улицу Слез.

Как всегда. Мы команда!»

Джон перехватил конверт из рук Феба, выдергивая почти силой. И отошел к столу, чтобы вытряхнуть на край небольшой обрывок. Темные глаза сощурились напряженно, сосредоточенно, пока Джон смотрел на дрожащие росчерки чернил, на засохшую бурую кровь.

– Мэри. Уже Мэри, – колюче усмехнулся он, убирая улику в конверт бережно, чтобы не повредить. – Уж извини, Феб, но я давно не мальчишка, чтобы принимать что-то на веру! И отпускать подозреваемую только потому, что у нее красивые глаза! Что она успела тебе наплести? Поплакаться на жестокого мужа, порыдать на плече? Или уже полезла к тебе, чтобы соблазнить? Возьми себя в руки! А если неймется уложить кого-то в койку, сходи в дом разврата! Но не смешивай это с расследованием!

Его пальцы судорожно сжали рукоять хлыста.

И не сдержавшись, Джон выхватил его. Черная заплетенная кожа свистнула в воздухе, чтобы потом со всей силы садануть по краю стола. Джон замер, как зверь перед атакой, когда даже ноздри трепещут от злости. Но потом прикрыл глаза, успокаиваясь немного. Он привык присматривать за Фебом, если не как за сыном, то как за младшим братом. А он тут такое выкидывал!

– Феб, я не хочу, чтобы следующим с перерезанным горлом нашли тебя. После ночи страсти с леди Соул, которая захочет избавиться от опасного врага. Поэтому прекращай ее выгораживать или, клянусь, я не знаю, что с тобой сделаю, – сдержанно процедил Джон, медленно качая головой и глядя в глаза.

Феб отшатнулся, когда тот резко выдернул хлыст. И опустил его на крышку стола. Щеки Феба побледнели, давно не видел начальника в таком состоянии гнева.