– Что такое твоя дочь?! Она меня чуть не убила!

– А ты пытался ее украсть, гад! – прошипела я.

Моя ладонь взметнулась, готовясь отвесить Альберту хлесткую пощечину. Наученный горьким опытом, он успел перехватить мое запястье. И толкнул к Раймону. Да с такой силой, что я чуть не упала! Если бы не сильные руки, подхватившие меня за талию, точно плюхнулась бы на камни пятой точкой.

– Уйми свою дикую кошку, Раймон, мне не до девичьих истерик! – рявкнул Альберт. – Объясни, что происходит! Рона напала на меня.

– Это была не Рона. У меня нет времени на исповеди, – прорычал Раймон, сжимая кулаки. – Говори, где она.

– Не смей мне приказывать, ясно? – Альберт надменно задрал подбородок, но по ощущениям, просто пытался скрыть испуг.

Раймон вздохнул. Понял, что спорить – только терять время.

– Когда я только-только поженился с матерью Роны, на меня обратила внимание еще одна… девушка, – скупо проронил Раймон, явно проглотив ругательство. – Она досаждала мне, пыталась рассорить с женой, всячески вешалась на шею и пыталась соблазнить. В очередной раз я прогнал ее прочь. Она умчалась, оскорбленная, в экипаже посреди ночи. На нее и слугу напали разбойники и… смертельно ранили ее. Слуга, чудом выживший, рассказал, что перед смертью она поклялась, что еще отомстит мне за холодность. Что не позволит мне быть счастливым с молодой женой. Мама Роны тогда была беременна. И эта тварь с того света выбрала самую простую мишень. Ребенка.

На минуту между нами повисло молчание. Только шумели мелкие волны, разбиваясь о камни. Наконец я прошептала:

– Вот почему она против любой женщины рядом с тобой. Эта стерва ревнует.

– Это уже не просто ревнивая взбалмошная девка. Это демон. Ладно, неважно, – махнул рукой Раймон, недовольно отводя взгляд. – Не хочу вспоминать эту историю. Эта тварь однажды убила мою жену, мать Роны.

– Нет, важно! – неожиданно встрял Альберт. – Когда мы вернемся во дворец, я попытаюсь помочь. Есть особый ритуал. Он не убьет демона, но может его ослабить и запереть внутри.

На удивление, Раймон не стал рассыпаться в благодарностях. И не пал на колени, чтобы целовать фамильные королевские перстни своего благодетеля. А шагнул к нему с таким лицом, словно вот-вот начистит ему физиономию.

– Не заговаривай мне зубы, Альберт! Где Рона?

Альберт поджал губы. Он вздохнул, словно ему самому было неприятно признаваться в том, что произошло. Взгляд скользнул вдаль. Туда, где среди камней чернела какая-то трещина.

– Она… побежала к подземным пещерам. Я не успел остановить ее, – выдавил Альберт и сжался, как нашкодивший мальчишка, которого сейчас накажут.

– Твою мать… только не это, – не то простонал, не то прорычал Раймон. – Все ведь знают, какое это гиблое место.