И кроме того… Будь я на вашем месте, я бы, возможно, поступил бы точно так же.

Джеремая протянул ему руку:

— Так, значит, друзья?

Себастьян крепко пожал руку старика и сказал:

— Больше, чем друзья. Родственники.

Лицо Джеремаи сморщилось, и на миг Себу показалось, что старик вот-вот расплачется. Но он сдержался, и только голос его немного задрожал, когда он проговорил:

— Да, родственники. Мне понравилось, как ты сказал, сынок!

Заметив, что пассажиры начали садиться в поезд, Себастьян проговорил:

— Все, пора заходить в вагон.

Кивнув, Джеремая еще раз обнял Люси, а затем начал подниматься по ступенькам в вагон.

— До свидания, папа! — закричала Люси. — Я обещаю тебе писать письма каждую неделю! И жду того же самого от тебя!

— Я тоже буду писать, дочка! Обязательно! — кричал старик, поднимаясь все выше и оглядываясь.

Когда Джеремая зашел в вагон, Люси сказала:

— Думаю, нам надо быстрее возвращаться в таверну, пока туда не набежали посетители.

— Ну уж нет! Ни за что! — твердо заявил Себастьян. — Я не уйду отсюда, пока не увижу собственными глазами, что твой отец уехал на этом поезде.

Люси весело рассмеялась, взяла Себастьяна под руку и положила голову ему на плечо. А тем временем на поезд садились последние пассажиры. Наконец длинный пассажирский состав тронулся с места, но Себу все еще не верилось, что его тесть уехал домой.

Когда прозвучал свисток паровоза, Себа все еще не покидал безотчетный страх — ему казалось, что Джеремая вот-вот выскочит из вагона. Но паровоз, пыхтя и пуская пар, медленно набирал скорость, а потом и вовсе исчез вдали.

— Знаешь, я уже соскучилась по отцу, — с Улыбкой сказала Люси.

Если бы Себастьян сказал то же самое о себе, он бы покривил душой. Поэтому он утешил Люси:

— Он сможет приехать к нам в гости на следующее лето. И может даже привезти с собой твою мать. Я бы с удовольствием с ней познакомился. К тому времени у нас будет достаточно места для гостей.

Люси подняла голову:

— Достаточно места? Где? — Себ подмигнул жене и сказал:

— Дом на озере будет готов через несколько месяцев.

— Правда? — удивилась Люси.

— Да, правда. Я уже переговорил с плотниками. — Люси не знала, смеяться ей или плакать от радости.

Поэтому она сказала:

— Возможно, сейчас самое время признаться тебе, что я плохо готовлю.

Себ рассмеялся:

— Я тоже! А так ли уж плохо? — Люси вздохнула:

— Как мама ни старалась меня научить, она в итоге запретила мне ходить на кухню.

Обняв жену, Себ поцеловал ее в кончик носа и заявил:

— В таком случае нам обоим придется научиться готовить.

Несколько недель спустя, когда Себастьян был занят подготовкой к игре в фараон, дверь таверны открылась и в зал с улыбкой впорхнула Люси.