Этой девушке надлежит немедля покинуть храм, чтобы не гневить богиню. Но за все годы, что я нахожусь в храме, такого не было. Матерь драконов великодушна к своим дочерям. Она уже выбрала вас. Кристалл ее души восемь лет назад выбрал каждую из присутствующих в этом зале. Именно поэтому вы стали послушницами храма Великой богини. Ведь нет большей чести, чем служить Вселюбящей матери.

Далее настоятельница в подробностях описывает обряд, участницами которого нам предстояло стать. Я ловлю каждое слово, чтобы не опозориться в этот знаменательный день.

— Ты была на волоске от наказания, — с долей восхищения шепчет Тала, ткнув меня локтем в бок. Мы с ней делим одну комнату и, можно даже сказать, дружим.

— Она бы не наказала меня накануне дня богини, — хмыкаю в ответ, хотя в душе в этом совершенно не уверена. Мать-настоятельница была очень сурова. В стенах храма ходили слухи, что даже сам король ее побаивался.

— Зачем ты вообще это спросила, — едва шевеля губами, чтобы настоятельница не заметила с высоты своего постамента, бормочет Тала. — Кристалл в твоих руках горел ярче, чем у остальных. Мать-богиня тебя точно примет.

Я лишь пожимаю плечами.

Вечер прошел в волнении и радостном предвкушении. Ожидание чего-то волшебного и чудесного витало в воздухе. Завтра мы все шагнем в новую жизнь. Перейдем во внутренний круг храма и окончательно отринем все мирское. Что нас ждет там, никто не знает. Даже сама мать-настоятельница никогда не входила во врата, ведущие во внутренний круг. Известно лишь, что мы встанем под крыло Великой жрицы. Поговаривают, что она слышит голос Матери драконов и может видеть ее лик."

"Жрицы рождались редко. В один год могло родиться двадцать девочек по всей стране, а в другой — ни одной. Каждую девочку сразу после рождения проверяли на способности стать жрицей. Для этого каждая повитуха, каждый лекарь даже в самом маленьком селении снабжался особым амулетом. Если амулет светился, то об особой малышке сообщали в верховный храм, с родителями проводили беседу о великой чести отдать дочь в услужение богини в день, когда ей исполнится десять лет. Если, конечно, к тому времени ее дар никуда не денется.

Все восемь лет каждая послушница прилежно учится и плетет свой, особенный венок для богини, тщательным образом выбирая для него цветы. Не каждый красивый цветок годился для венка богини. Лишь тот, что откликнется на зов сердца, сам потянется за пальцами будущей жрицы. Будучи вплетенным в венок, цветок не увядал, а хранил свою свежесть до самого дня посвящения.

Обычно девочки одаривали мой венок снисходительными взглядами. Их работы выглядели яркими, словно райские птички, пышными, притягивающими внимание.