— Между нами сейчас стоит большее — нелюбовь Эрнана ко мне. И пока его чувства не изменятся, я не собираюсь ему ничего рассказывать. Я не хочу жить по принципу: стерпится — слюбится. Потому и вас попрошу ничего ему не говорить.

Эйвери хмурится, но Бриан неожиданно поддерживает меня:

— Ясмина права, Эрнану нужно время, чтобы разобраться в себе.

— Хорошо, будь по-вашему, — нехотя соглашается Эйвери и уходит на кухню давать указания Тере.

Стоит ей выйти, как Бриан обеспокоенно спрашивает:

— Все настолько плохо?

— Да. Мне кажется, что теперь сущности поменялись местами, и дракон ничего не слышит и не видит.

Бриан со вздохом трет переносицу:

— Эрнан, Эрнан, почему же с тобой так все сложно?

— Что ты ему сказал, Бриан? Как ты смог уговорить дракона?

— Я намекнул ему, что не прочь жениться на тебе. Дракон пришел в ярость. Он не хочет тебя отдавать, Ясмина. Он действительно любит тебя.

— А его человеческая ипостась — нет.

К Эрнану мы идем целой процессией. Бриан несет матрас, одеяло и подушку. Эйвери — корзинку с едой и одеждой покойного мужа Теры. А я иду налегке. Надеюсь, Эйвери, и правда, не выдаст меня вольно или невольно.

— Мама! — на лице Эрнана неподдельная радость, когда Эйвери, раскрыв объятья, бросается к нему.

— Бриан! Ты-то какими судьбами, — удивляется он, будто вчера и не разговаривал с другом.

Бриан тоже изображает радость:

— Диана сообщила мне, что ты нашелся. Должен же я был проверить, что ты в порядке.

Бриан кладет матрас и одеяло на пол у стены, Эрнан сразу же перебирается на постель.

— Может, все-таки ты пойдешь домой? — с надеждой спрашивает Эйвери.

— Не переживай, в лагере условия были гораздо хуже.

— Не вижу причин здесь оставаться, — не может успокоиться Эйвери. — Бриан поможет тебе дойти до дома. Если все будет совсем плохо, наймем носилки.

— Мам, — он берет ее ладонь и прижимает к себе, — я просто хочу побыть один. Мне есть о чем подумать.

— Хотя бы поешь, пока все горячее, — Эйвери торопливо достает из корзины горшочки с едой.

Эрнана дважды просить об этом не приходится.

— Диана может приготовить тебе целебный отвар. Она так заботилась о тебе, пока ты был в виде дракона. Не отходила от тебя, — Эйвери вовсю старается переключить его внимание на меня.

Эрнан бросает на меня взгляд, в нем сквозит благодарность. Но есть в его взгляде что-то еще, то, чего раньше я не замечала.

Понимаю, какую цель преследует Эйвери. В своих мыслях она давно свела нас вместе, думает, что я могу простить ее сына по щелчку пальцев, а он может полюбить меня только потому, что на этом острове я единственная девушка. Даже смешно.

Все время, пока Эрнан и его посетители общаются, стою поодаль, прижавшись к стене. Мне не о чем с ним говорить, у Дианы и Эрнана нет общих тем.