Хотя что я говорю, да, риск есть, и он большой. Но шансов на то, что она будет жива и абсолютно здорова, гораздо больше. Помни об этом.

– Она у меня одна.

– Вы тоже у меня одни. – Веласкес грустно усмехнулся. – Так что будем держаться вместе, хорошо?

До поместья он добрался за несколько часов, старый неприметный фургон выдавал свои сто тридцать на автопилоте, не выделяясь из потока машин. В доме было так же пустынно, как и несколько дней назад, только отсутствие пыли говорило о том, что за поместьем ухаживают. Павел не стал нарушать порядок, загнал машину в гараж, запер двери изнутри, открыл кузов. Внутри стоял армейский медицинский кокон стоимостью в пять миллионов реалов. Котенок требовательно заурчал, спрыгнул на пол с переднего сиденья, глаз у него почти очистился, и хромал он уже гораздо меньше.

– Ты прям бодрячком, – подмигнул ему Павел, открыл нижнюю раму, пододвинул к окну стол. – Снаружи полно вкусных птичек и змей. Давай, я тут буду занят немного.

Но кот не уходил. Он уселся на пушистую задницу и вылизывал лапу."

"– Ну, не хочешь, как хочешь, только потом не жалуйся. – Веласкес проверил подключение кокона к запасным батареям, вставил картриджи с лекарствами, растворами и питанием, улегся в выступивший гель, включил ручной режим.

В чипе, который ему оставил Кавендиш в качестве наследства, описывался способ повернуть вспять стабильное слияние с полем – результаты исследования, закрытого и засекреченного сто семьдесят лет назад. Из восемнадцати магов-преступников, на которых ставили опыты, выжили только двое, мужчина и женщина, и оба были потом уничтожены. Для обычных эсперов такой способ никуда не годился по нескольким причинам.

Во-первых, маг, который попробовал жить без браслета, к прежней жизни уже не вернулся бы добровольно. Даже если бы хотел, ложное чувство контроля над собой и своими способностями внушало эсперу, что время еще есть, а потом приходило ощущение превосходства и власти над судьбой.

И во-вторых, метод ничего не гарантировал. У мага, если он вдруг решился бы поэкспериментировать над собой, было три варианта: или он умирал, или он оставался таким же, как был, или у него получалось вернуться в прежнее состояние. Первый вариант выпал шестнадцати подопытным, двоим – второй (то, что ничего не вышло, смогли определить только через несколько месяцев), третий так и остался в теории.

Однако дядя Эл оставил ему и запасные браслеты, и инструкцию, значит, догадывался, что подобное может произойти, и тогда у Павла будет выбор – попробовать вернуться к нормальной жизни или скрыться на островах, где его найдут и убьют, как бешеное животное: все слетевшие с катушек маги рано или поздно выдавали себя, чувство самосохранения у них пропадало напрочь.