Телевидение записывает радость мужчин, хлопающих друг друга по пиджакам, крепкие горячие рукопожатия, «аплодисменты, переходящие в овацию», и уже через шесть часов, в дневных новостях дикторы с умилением сообщают о небывалом энтузиазме, который царит в «Русской армии», о поддержке ее со стороны самых разных народов и о страстном мужестве Девы, преодолевающей любые препятствия.

Здесь, конечно, есть некоторое преувеличение. За неделю с того момента, когда они на двух машинах выехали из столицы, Жанна преодолела большую часть пути от Москвы до нынешней границы России.

Движутся они достаточно быстро: «армия», несмотря на ежедневное пополнение, пока что невелика и, благодаря «газонам», мобильна даже на российских проселках. К тому же во избежание инцидентов Жанна, точнее просчитывающий их стратегию дядя Паша, на ночевку предпочитает останавливаться не в городах, где возможны коллизии с местными органами правопорядка, а на безопасном, иногда весьма значительном от них расстоянии, что на первых порах не способствует вниманию прессы. О походе пишут только районные или областные газеты. И похоже, что Кремль даже не подозревает об этой неожиданной акции. Никому и в голову не приходит, что, даже не пробуя скрыться, как, наверное, поступил бы на ее месте любой здравомыслящий человек, Жанна открыто и недвусмысленно заявит о своем безумном намерении, обострит ситуацию до предела и бросит вызов сразу обеим столицам. До Кремля областная пресса доходит, видимо, с опозданием, и поэтому маршу «армии» по проселкам никто не препятствует; местные власти, скорее, рады этому неожиданному вниманию, компетентные органы на местах, не получив указаний, бездействуют, но когда в середине недели некая молодежная радиостанция выдает в эфир грандиозный по размаху и темпераменту репортаж, начинают спохватываться и другие средства массовой информации.

Уже на другое утро в колонне, пробирающейся на Брянск, появляются корреспонденты крупнейших газет, в том числе и нескольких зарубежных, две телевизионных бригады, «российская» и «независимая», и почти два десятка радиожурналистов, увешанных аппаратурой. Прямо в лесу, на поляне, собирается пресс-конференция, которую ведет Зайчик, делаются различные заявления, снимаются эффектные кадры.

Вечером они появляются сразу в трех телевизионных каналах, и – бабахает, завеса невидимости с похода сорвана. Пресса буквально за сутки разносит сенсационные вести по всей России. В Кремле, вероятно, вздрагивают и чисто по-русски хватаются за головы. Теперь следует ожидать ответных мер соответствующих ведомств. И такие меры, конечно, предпринимаются незамедлительно.