— Мы сбежим уже сегодня? — спрашиваю с надеждой, но союзник снова ехидничает:

— А вы предлагаете задержаться?

Хочется его чем-то огреть или как минимум уколоть вербально, но я опять пытаюсь увести наш диалог в конструктивное русло:

— Что мне делать до вашего прихода? Я могу вам как-то помочь?

— Выкиньте волкодава в окно. Это очень поможет.

Тут уж вскипаю:

— Сами в окно кидайтесь! Только сначала свой шлейф сарказма намотайте себе на шею, а то случайно зацепитесь им за подоконник.

После короткого обмена любезностями мы расходимся у порога моей комнаты. Меня буквально раздирает на части от неизвестности.

Дариус не поделился со мной планами то ли из-за недоверия, то ли из-за личной неприязни. Как дотерпеть до ночи и не лопнуть от нахлынувших мыслей и эмоций становится большим вопросом.

Пытаюсь занять себя простыми делами. Прибираюсь в комнате, проветриваю, доливаю воды в тазик волкодаву, проверяю содержимое шкафов. Не успеваю исследовать все полки, как в дверь стучит уже знакомый слуга в бордовом сюртуке и приглашает последовать за ним. По дороге объясняет:

— Принц велел передать, что бы вы дожидались его в тронном зале.

— Вы не знаете, о чем он собирался поговорить?

— Не хотелось бы вводить вас заблуждение, но… Он упоминал вашу свадьбу.

Когда доходим до места, Кейрона еще нет. Его отсутствие позволяет побродить по залу, рассеянно разглядывая барельефные завитушки.

По сути, подготовка к свадьбе — это шелуха, к которой я не имею никакого отношения. Ведь через три дня меня здесь не будет.

Пока меряю шагами периметр зала, радуюсь что принц позвал меня для разговора в официальное место. Интересно, почему на сей раз его выбор пал на тронный зал, если до сих пор он предпочитал зажимать меня в спальне или коридоре?"

"Помогает сам себе удержаться в рамках данного мне обещания? Или хочет впечатлить блеском своего положения, чтобы я ахнула и растеклась лужицей перед лицом его власти и могущества?

Только очень богатый и амбициозный король отгрохал бы себе подобный дворец.

Огромное помещение с высокими потолками и лепными стенами могло бы соперничать с Эрмитажем, если бы не статуи королевы, установленные в плотный ряд вдоль стены. Разные позы, разная одежда, но лицо у всех одно.

Золоченые, трехметровые громады загораживают любопытные витражи, и на миг я жалею, что королева своим тщеславием испортила прекрасный интерьер. Хочется разглядеть поближе стеклянную мозаику, но статуи не позволяют приблизиться. С какого бы ракурса я не подошла, мне ничего не видно.

Какая жалость! Я так люблю витражи, что в прошлой жизни раз десять ходила на мастер-классы по их изготовлению.

Быстренько оглядываюсь. В зале я одна — надсмотрщиков мне, к счастью, не оставили, а это дает некую свободу действий.