– Нам пришлось отменить свадьбу. А это расходы! И репутация! Репутация, Юстина, – мужчина не сдержался и схватил меня за локоть. Довольно болезненно.

– Ай, – возмутилась.

– Отпустите, лорд Элейн! – гаркнул котик. – Я не позволю так обращаться с невестой наследника рода Калард!

Ого-о-о! Так котик сейчас за меня!

Дядюшка тут же отпустил мою руку и буквально отпрыгнул, одергивая манжеты камзола и стряхивая с них невидимые соринки. Выглядел мужчина отлично. И по внешнему виду нельзя было сказать, что моя несостоявшееся свадьба нанесла непоправимый урон по материальным благам семейства Элейн.

– Прошу прощения, – ответил он с почтительным поклоном.

Поклонился дядюшка, конечно же не мне. Ректору.

– Впредь надеюсь, подобного не повторится, – припечатал без пяти минут мохнатый свекор. – Лорд Элейн, вы были так настойчивы в получении аудиенции в академии, и это все ради того, чтобы проучить свою несговорчивую племянницу? Так знайте, в следующий раз, я вам откажу.

Я старалась не издавать ни звука, пока удача не повернулась ко мне хвостом.

– Еще раз приношу свои извинения. Я пришел сюда передать письмо моего брата. Он очень болен, Юстина. Твоя выходка…

Тут котик откашлялся.

– … Не столь давние события, подкосили его. Прочти. Он просит лишь одного, навестить его перед смертью.

Стоит признаться, я растеряла всю веселость.

– Я прочту его у себя в комнате, – произнесла я, пряча письмо в карман брюк. – Для меня это слишком личное.

– Вот и отлично, – дядюшка изобразил на скорбном лице подобие сочувствующей улыбки. Но вышло пугающе. – Могу я попросить проводить меня до портала, Юстина?

Я взглянула на котика, он оставался неподвижным.

– Конечно, – ответила вежливо и пошла к двери. – Хорошо дня, ректор Калард, – решила немного подмазаться. Но не помогло. Он лишь кивнул.

Ясно, хочет все грязные дела сделать не своими руками. Наверное, я только выйду из кабинета, а он разотрет лапки и заулыбается.

Не знаю, о чем хотел поговорить со мной дядюшка, но шли мы молча. Это радовало и нервировало одновременно.

Я перебирала ногами, едва поспевая за расторопным шагом дядюшки, словно он спешил куда-то. И когда мы свернули в галерею ведущую во двор, схватил меня за шкирку, словно нагадившего щенка и зашептал:

– Радуешься, что обвела меня вокруг пальца? – спросил он, потрясывая меня за ворот туники.

Я отрицательно покачала головой.

– Когда дракону надоест играть с тобой, тебе придется вернуться домой. И вот тогда, – он оскалился. – Я тебя выдам за мельника!

– Я слышала, мельники не такие и плохие люди, – почему-то сейчас мне вспомнился Эдрик. Ну хороший же парень. И отец его должен быть хорошим.

– Тут ты права.