Интересно, котику что-то будет, если он прикончит меня и прикопает где-нибудь, например в оранжерее. Или просто сделает из меня чучело и поставит в центральной зале академии, в назидании другим охотницам за его сыном. А у моих ног будет прикреплена золотистая табличка: “Она была так близка”.

– Я иду, – крикнула я гнусавому голосу, заставляя его замолчать. Не знаю, это было лишь совпадение, или меня услышали, но проверять я не стала.

Под кроватью осуждающе заплюмкал мистер Фублия.

– Прости, если разбудила, – произнесла я, повиснув на кровати и заглянув в убежище фамильяра. – Ой, – пискнула, когда гномье поило слилось из желудка в голову и заиграло там на трубе и на тарелках одновременно. – А вот так лучше не делать.

Я приняла вертикальное положение и дождалась, когда в голове перестало гудеть.

Если меня ждет котик, то выглядеть я должна на отлично. И пахнуть так же. Я не собираюсь отказываться от помолвки с Вальком даже под дулом пистолета или чем тут пользуется магические коты. Поэтому я принялась наводить марафет с особой тщательностью. Делала все так, как учила Араделис. А эльфийка точно знала толк в женской красоте.

– Леди Элейн, вас все еще ожидают в кабинете ректора Каларда! – проорало над головой, когда я заканчивала с волосами, закрепляя косы красивыми, но не кричащими лентами. – Да иду. Иду, – пробормотала я, находу поправляя тунику.

Неужели, котику так натерпится поизмываться надо мной? Прямо и не подождет лишние пять минут.

Я оказалась частично права. В кабинете ректора меня действительно ждал мужчина, который спал и видел, как бы хорошенько потрепать нервы.

– Дядюшка, – выдохнула я с отчаянием.

Все же глубоко внутри меня теплилась надежда, что он не получит пропуска в академию.

– Дорогая племянница, – процедил он сквозь зубы, поднимаясь с кресла и одаривая меня самым неприятным взглядом, который я только могла представить. Ему не нравилось, что он увидел. Ему не нравилась я, и те изменения, что произошли за время жизни в академии. – Я уже и не надеялся встретиться с тобой, – его тон был премерзко приторным. Сразу же захотелось попить воды. Что я и сделала. Подошла к графину, налила в стакан воды, поднесла к губам, но вспомнив вчерашний промах, понюхала, а уже потом утолила жажду.

Я причмокнула, чуть не вытерла губы рукавом туники, но вовремя спохватившись, облизала их и вернула стакан на поднос, как бы говоря: “Я готова, начинайте угрожать”.

– Сколько же ты проблем принесла нашей семье.

Ясно. Меня будут отчитывать без прелюдий. А я надеялась, что дядюшка постесняется котика."

"– Надеюсь, не много, – ответила я с вежливой улыбкой, косясь на ректора, который сидел на столе с важным, молчаливым видом.

– Много! – дядюшка, почувствовав себя свободней, эмоционально взмахнул руками.