Смотреть на Альфонсо было сплошным удовольствием. Как будто в нем зажегся до поры скрытый внутренний свет, озаривший все вокруг. Как будто он вдруг осознал, что здесь, в шикарном магазине в центре города, он на своем месте. Он стал невероятно общительным и активным. Мы с изумлением наблюдали, как он аккуратно поправляет выставленные модели обуви, как непринужденно вступает в разговоры с модно одетыми посетителями, из любопытства заглянувшими в новый магазин, как угощается пирожными и отпивает из бокала вермут. Вскоре он подошел к нам и искренне похвалил нашу работу.

Он чувствовал себя настолько раскованным, что, преодолев былую застенчивость, сказал Лиле: «Я всегда знал, что ты представляешь собой опасность», после чего расцеловал ее в обе щеки. Я посмотрела на него с недоумением. Опасность? Что такого он узрел в нашем коллаже, чего не заметила я? Неужели Альфонсо способен проникать в суть вещей, абстрагируясь от внешних признаков? Вот не думала, что у него настолько развито воображение. Или он связывает свое будущее вовсе не с учебой, а с этой вот радостной суетой вокруг открытия нового магазина в престижном районе, рассчитывая именно здесь применить полученные в школе знания? Выходит дело, я совсем не знала Альфонсо. Выходит дело, он совсем не такой, как парни из нашего квартала, включая его родного брата, Стефано, который сидел в одиночестве на пуфике в углу, с готовностью улыбаясь каждому, кто к нему обращался.

За окнами стемнело. Внезапно снаружи загорелись яркие огни. Все члены семейства Солара – дед, отец, мать и оба сына – бросились за дверь, охваченные единым восторгом. Вслед за ними на улицу высыпали и остальные. Над витриной сияла светящаяся вывеска: «СОЛАРА».

Лила скривилась и негромко сказала мне:

– Они и это стерпели.

И потащила меня к сочащемуся самодовольством Рино.

– Если обувь марки «Черулло», то при чем тут Солара? – ехидно спросила она.

Рино схватил ее за руку и прошипел:"

"– Лина, какого черта ты вечно лезешь куда тебя не просят? Ты что, забыла, в какое дерьмо я из-за тебя вляпался на этом самом месте? Теперь ты хочешь втравить меня в очередное дерьмо? Можешь ты хоть раз в жизни не портить всем настроение? У нас магазин в центре Неаполя, мы – его владельцы.

А эти уроды, которые меньше трех лет назад хотели нас избить, глазеют на нашу витрину, заходят к нам и жрут наши пирожные. Тебе этого мало? Туфли «Черулло», магазин «Солара». Чего еще тебе надо? Чтобы на вывеске написали «Карраччи»?

Лила выдернула свою руку и, рассеянно оглядевшись, сказала:

– Лично мне от вас ничего не нужно. Только я тебя предупреждаю: больше ко мне не обращайся. Во что ты ввязался? Ты занимаешь деньги у синьоры Солары? И Стефано тоже? Вы оба ей должны, поэтому на все соглашаетесь.