Хватит! Насмотрелась!

Но проклятая память так и подсовывает забытые картинки. Вот Ростислав лежит растянувшись на кровати. Закинув руки за голову тянется словно большой сильный хищник. А я, примостившись рядом, осторожно веду подушечкой пальца по накачанным кубикам пресса.

Легкий захват, и я оказываюсь распластанной на груди Ростислава Градова.

– Девочка моя, – шепчет он, притягивая меня к себе. – Что же ты со мной делаешь?

Словно наяву слышу хриплый шепот Градова. Кошусь на знакомый силуэт, заполонивший весь проем. Так и хочется выбежать навстречу. Кинуться на шею.

Зацеловать…

Но нет!

Мы с Сашулькой ему не нужны. Ростислав просто вычеркнул нас из жизни.

Вот только зачем приехал? Отобрать у Марка недвижимость? Или все-таки по мою душу? Но он же сам сказал: я ему не нужна.

Не нужна… Не собирался…

Обидные слова разъедают душу. В горле застревает ком, а по щекам катятся слезы.

«Прекрати реветь», – увещевает меня внутренний голос. – «Сашулька почувствует. Да и за кем убиваться? За Градовым? Он же тебя два года назад вышвырнул как паршивую собаку. Даже на минуту не задумался, есть ли у тебя деньги на билет? На еду? На ночлег? Просто пнул коленом под зад, когда решил развлечься с какими-то уродскими телками!»

Тяжело вздохнув, обхватываю подушку обеими руками.

Делаю глубокий вдох. А затем выдох. Один… другой… И сама не замечаю, как проваливаюсь в глубокую дрему.

И просыпаюсь часа через два от требовательного хныканья Сашульки.

Мой сын нетерпеливо прыгает в кровати и настойчиво зовет «Ма-а-ма-а».

Как можно было отказаться от ребенка?

– Сейчас, мой любимый, – улыбаюсь ребенку.

«Сон как реакция на стресс», – усмехаюсь, зачесывая волосы в узел.

И подхватив сына на руки, спускаюсь на кухню."

"– Ты посмотри, что он тут устроил, – шипит экономка Юлия. – Вурдалак! Господи, два брата и такие разные. Марк Васильевич наш такой интеллигентный, утонченный. А этот… как вахлак. Вот Александра Марковна с ним намучилась…

– А вы ее знали? – спрашиваю, открывая кастрюльку со свежеприготовленным пюре.

– Только перетерла, – кивает Юлия на зеленое содержимое. – Кролик и броколли. Как один мальчик любит…

Улыбается моему сыну. На белых пухлых щеках появляются ямочки, а вокруг глаз – добрые морщинки.

Юлия привычно дергает малыша за ножку. И получает в ответ порцию беззубых улыбок.

– Конечно, знала, – вздыхает она, возвращаясь к наболевшей теме. Моя мама дружила с Шурочкой. Помогала ей по хозяйству. Ну и я тут выросла… Александра Марковна была очень известной певицей. Вот только ее младшенькому медведь на ухо наступил.

Экономка фыркает недовольно.

– Вечно покойнице проблем создавал! А потом Марку… Они ведь его с Галей вырастили. А он чем отплатил?!

– Чем? – охаю я.

– Пойди посмотри, – поджав губы, цедит Юлия.