Детский дом в Хельмесе — маленьком городке на границе, останется принадлежать его прежним владельцам, а не строительной компании, которая что только ни фабриковала, чтобы стереть его с лица земли. Дом стоит на берегу живописного озера, в черте которого планировалось построить дорогой курорт. Только теперь строительной компании придется вносить проект по перестройке здания приюта в свои расходы, а не сносить, как планировалось изначально.

Сбежав по трапу, я в два шага оказалась у черного роскошного авто и скользнула в прохладный салон. Сахир сел впереди, и машина тронулась. Все же он был прав — я устала. Стоило поставить точку в этом деле, и навалилась дикая дрожь. В памяти начали всплывать неважные «детали»…

«Наверное, отменно сосешь…» — бросил мне глава корпорации, когда я проходила мимо него в здание суда.

«За этой сукой кто-то стоит…» — долетало до моего чуткого слуха на процессе. Масляным и ненавидящим взглядам вообще не было числа.

Я обняла себя руками, поджав ноги.

За мной стоял самый влиятельный мужчина Востока, которого мало кто видел. Но если бы он только слышал эти слова! Только я никогда не жаловалась Аршаду. Страшно представить, что бы он сделал…

За окном в утренних лучах купался центр Абу-Даби, блистал зеркальными поверхностями небоскребов, шелестел высушенными зноем ветвями пальм, задыхался пылью. И неизменно оставлял меня равнодушной. Искусственный. Я даже ловила себя на том, что затягиваю поездки под любым предлогом, чтобы подольше побыть вдалеке от этого города. В глазах словно без остановки крутился пестрый калейдоскоп, и это утомляло. Может ли золото быть холодным? Для меня — да. Равнодушным, обманчивым, фальшивым и ледяным на ощупь.

— Шейли, прошу, — протянул мне бокал Сахир. — Повелитель просил вас выпить…

Я закатила глаза, но взялась за хрупкую ножку золоченого бокала — Аршад хотел меня расслабить заранее, требуя выпить вина со специями. Давал понять, что ближайшее время я буду платить за его терпение и ожидание.

Несмотря на то, что отношения у нас сложные, я закусила губы и задышала чаще, запивая смущение большим глотком теплого вина. Пряно, обжигающе… Аперитив. Перед главным блюдом. Я будто ощутила взгляд Джинна на себе, но не поднимала глаз от бокала.

Иногда мне хотелось быть покорной. И он это ценил."

"Отношения между мужчиной и женщиной, как я быстро уяснила — череда счетов за предоставляемые блага. Аршад оказался очень щедрым. Настолько, что все окружение вот уже семь лет не переставало удивляться. Только чувство накапливающихся долгов меня тревожило — я не была столь щедра.

Искусственный воздух в салоне, казалось, нагрелся, вдоль позвоночника скользнула капля пота.