Волна облегчения прошла по телу, когда я поняла, что он задумал, а за ней и первая судорога наслаждения.

Устроив член между моих ягодиц, Хаджиев двигался плавно, аккуратно, а его пальцы не останавливались ни на секунду, то ныряя в меня, то поглаживая напрягшийся, влажный бугорок.

— Я буду брать тебя по-разному. Всегда. Моя во всех смыслах, во всех местах, — жарко шептал мне на ухо, явно наслаждаясь процессом, как и я. — Мне даже не нужно входить в твои дырочки, чтобы иметь тебя, Белоснежка. Каждая твоя складочка подарит мне кайф. Да, блять… Дааа, — толкался между половинок, набирая обороты, а мои конечности свело в преддверии оргазма. — Кончай! Давай! Мне на пальцы! — рыкнул, прикусывая кожу на шее, и я сильно содрогнулась от накрывшей разрядки.

Марат громко выдохнул, когда я стиснула его своими мышцами и на поясницу полилась обжигающе горячая сперма.

— Охуенно, Белоснежка, — чтобы не придавить меня, завалился на спину рядом, притянул к себе и ладонью размазал по моей спине своё семя. — Вот так. Моя.

Сумасшедший… Он помечал меня. Как зверь свою самку. Сначала покрывает, а потом пропитывает своим запахом.

И мне это нравилось. Даже не пошла в душ, когда он уснул. Просто легла на его грудь и счастливо улыбнулась.

ГЛАВА 13"

"Снежана светилась. Она, как луч солнца, грела его обугленную душу, и уже не верилось, что он смог бы жить без этой девушки. Как любит говорить Монгол: всё случайное неслучайно. Наверное, Марату суждено было встретить Белоснежку. Чтобы окончательно не сгорел. Кто-то свыше подарил ему второй шанс, и лучше теперь глотку самому себе вскрыть, чем потерять эту женщину.

— Ты будешь тост?

Поднял на неё задумчивый взгляд, кивнул.

— Из твоих рук, красавица, хоть яду.

Она засмущалась, игриво поправила волосы, а Марат пожалел, что так рано выпустил её из кровати.

— Поджарить посильнее?

Снова кивнул, перевёл взгляд на пацана, что усердно жевал свою кашу.

— А ты собирайся. Отвезу тебя к доктору.

Снежана прикусила губу. Приятно ей, видать.

— Ты нас отвезёшь, правда? Сам?

— Я отвезу только его. Ты останешься дома.

Она нахмурилась, но спорить не стала. Присела рядом.

— Ладно. Да… Возможно, так будет лучше. Только ты расскажи доктору, что Виталик заговорил. А я поеду в ателье. Хочу сшить кое-что.

Вот. Вот оно то, от чего у Хаджиева начинает крошиться челюсть.

— Нет, Снежана. Ты останешься дома, — наградив её строгим взглядом, поднялся из-за стола. — И это не обсуждается.

Она вскочила за ним, но, видимо, не нашла, что сказать. И правильно, красавица. Не стоит.

По пути в клинику наблюдал за мелким, что играл на заднем сидении. Смешной малый. Возможно даже, Марат однажды смог бы назвать его сыном. Хотя вряд ли, конечно.

Сам же пацан почему-то безоговорочно ему доверяет. Странно, но лезть в это не хотелось.