Родители ещё не видели Марьям, а она первая и пока единственная внучка.

— Тебе нечего опасаться. Мой отец не станет больше вмешиваться в мои дела. Тем более, сейчас, когда всё уже в прошлом. Для моей матери ты, прежде всего, мать её внучки. А теперь расслабься и идём. Мы сделаем это, как ты того хотела.

Она немного расслабляется, изображая беззаботную улыбку. Чуть фальшивую.

— Ладно. Что-то я и правда сильно разнервничалась. Всё! — выдыхает и крепче сжимает пальцы Марата. — Я готова. Пойдём.

* * *Я действительно хотела пышную, красивую свадьбу. Он знал об этом. И он исполнял это желание, подавляя мои глупые страхи.

А я все еще не верила своему счастью и каждое утро бегала к кроватке своей малышки, чтобы убедиться, что мне не приснилось и не почудилось. Что всё на самом деле так.

Она открывает свои глазки, и на ангельском личике расцветает беззубая улыбка. Такая волшебная, такая пленяющая, что подкашиваются ноги.

Марьям пленила всех, начиная со своего отца и заканчивая суровым дядей Валидом, которого опасаюсь даже я. В тот момент, когда она смотрит на кого-нибудь своими чудными, зелёными глазками — будто мир становится другим.

Я со смехом представляю Марата, кружащего, как коршун над нашей взрослеющей доченькой. Стоит только заговорить, как за ней будут волочиться парни, у Хаджиева трещат кулаки.

— Убью каждого, кто только посмеет посмотреть на тебя, — на полном серьёзе обещает дочери, а та радостно агукает, играя с папиной бородой.

Мне самой страшно представить, что будет с бедным мальчиком, которого рано или поздно Марьям решит познакомить с отцом. Но до этого ещё долгие годы, что не могло не радовать. Хотя вряд ли что-нибудь изменится. Не Марат с его неземной любовью к дочери точно.

Марьям попискивает на руках у Эльвиры, а Виталик подпрыгивает рядом, пытаясь поправить бантик на голове сестры. Ещё один защитник принцессы.

Родители Марата стоят рядом, и, кажется, маленький ангел пленила уже и их. Даже отец улыбается, что видеть совсем уж странно. После прошлой нашей встречи я уже и не надеялась, что когда-нибудь этот человек не будет смотреть на меня, как на преграду, которую нужно убрать.

Муж держит меня за руку, иногда поглаживает ладонь большим пальцем, и я начинаю заводиться от этих невинных касаний.

Женщина, громко вещающая о крепких узах брака, начинает меня раздражать. Потому что я и так уже жена. Мы и так уже крепкая, любящая семья. И весь этот праздник — не что иное, как показуха. Просто, чтобы сделать мне приятно. Но сейчас я понимаю, что мне это не нужно.

Мне нужно совсем другое. Взять на руки свою принцессу, обнять Марата и поцеловать сына. Просто пообедать со своей семьёй и поехать в парк аттракционов. Это будет куда веселее и полезнее, чем вот этот никому не нужный праздник.