Сильно его девка зацепила. За самое нутро схватила.

Есть у мужчин из рода Хаджиевых эта черта — ехать крышей от женщин. Не от всех, но от избранных. А потом выгрызать своё зубами. Рвать руками, выдирать с кровью. Забирать и присваивать, даже если оно изначально принадлежит кому-то другому. Плевать. Хаджиевы всегда забирают то, что считают своим. Это касается не только женщин, но их самих, в первую очередь.

Так поступил их дед, убив родственника своей будущей жены, который вздумал отказать ему в помолвке. Так поступил Саид, когда был ещё нищим парнем и не мог предложить отцу невесты ничего, кроме любви к девушке. Просто украл её и втайне женился, а когда их нашли, мать уже была беременна Маратом. Так поступил сам Марат, когда присвоил себе Белоснежку, вырвав её из другого мира и взяв силой, словно неприступную крепость. То же самое сделает и Валид. У них по-другому просто не бывает.

— Я всё равно её достану. Или я не Валид Хаджиев, — проворчал мрачно, откинулся на спинку кресла. — Как ты с этим справляешься?

— С чем?

— Со злостью. Меня срывает. Я убивать хочу.

Валид всегда был самым горячим в семье. Даже отец обходил его стороной, когда тот бесился. Бесполезно его успокаивать. Легче переждать. Единственный, кто его понимал — Марат. Имея такой же взрывной характер, он научился обуздывать себя. Зверя выпускал только на ринге, и этого было достаточно, пока не встретил Снежану. Валид же в свои тридцать четыре — неконтролируемый вулкан. Его сложно предупредить, невозможно остановить. Если Валид слетит с катушек, то взрывной волной уничтожит всех, кто находится в радиусе ста километров."

"Марат, наверное, один из многих, кто знает, как ещё в юности брат чуть не забил до смерти своего друга. Уже никто не помнил, что послужило тому причиной, но парня с трудом откачали в больнице.

— Это нормально для тебя. Со временем научишься. Не поубивай только своих новых подчинённых, — с усмешкой поднял стакан с водой. — И прекращай пить это дерьмо. Алкоголь не помогает успокоиться. От него станет только хуже. Тебе поможет она.

Валид вскинул на него гневный взгляд.

— Я не буду жениться на этой сучке. Я её найду, а потом… — слов, похоже, не нашлось, и младший Хаджиев только рыкнул.

— Для начала найди. А там уже сам разберёшься. Как отец? — спросил как можно равнодушнее.

— Сказал, что ему стыдно за тебя.

Что ж, не отрёкся и за то спасибо. Хотя даже в этом случае Марат поступил бы так, как поступил. Он уже давно не задумывается о том, что скажут другие. Пусть даже это родители.

— Ладно. Давай перейдём к подписанию бумаг, — взяв в руку «Паркер», достал первую дарственную.

— А ты уверен, что готов? Не пожалеешь? Я бы не отдал такой кусок никому. Даже брату, — Валид наградил его испытывающим взглядом.