Может она звонила? Может мы случайно коснулись этой порочной маленькой зеленой кнопки, в то время пока Элли скакала на мне, как наездница?"

"— Мы собираемся закопать ее, — продолжает Хайди. — Ее внуки будут платить тебе свои карманные деньги.

В досаде я отрицательно качаю головой.

— Сколько она просит?

Хайди резко выдыхает.

— Два миллиона, которые теоретически не убьют тебя, но все-таки...

— Заплати ей.

— Что?

— Скажи Арту, чтобы заплатил ей. Дай ей денег.

Голос Хайди повышается настолько, я никогда его таким не слышал.

— Ты же это не серьезно? Эта сука напрямую нарушила договор, и ты хочешь вознаградить ее? У нее нет ничего, Джастис. Нет ничего, она не сможет доказать, что это ты…

— Неважно, Хайди. Ничто из этого не имеет значения. Найди доказательства, дай ей деньги, и сделай то, что необходимо, убедившись, что она исчезнет.

На линии на несколько секунд восстанавливается тишина, прежде чем Хайди смеется.

— Ты совсем выжил из ума, не так ли?

Я довольно смеюсь в ответ, хотя даже не знаю точно почему. Мой бизнес рушится, меня шантажирует девушка, которая с трудом наскребала два пятицентовика, до того как встретила меня, у меня роман с замужней женщиной, который я не хочу заканчивать. Да, похоже, я действительно сошел с ума. Я спятил, но никогда не чувствовал себя более нормальным. Более привязанным к жизни, которую я оставил позади — к жизни Элли.

Я слышу легкое шарканье позади себя и поднимаю глаза вверх как раз вовремя, чтобы увидеть Элли, прислонившуюся к дверному косяку, одетую в одну из моих толстовок, в ее сонных глазах сверкает желание. Она улыбается мне, и от этого в моей груди поднимаются такие сильные чувства, которые прокатываются волной вниз к моему животу.

— Позаботься об этом для меня, Хайди. И о том, о чем мы говорили раньше... я сделаю это. Я отпущу их.

Ее голос становится опять мягким и женственным, как будто она жалеет меня. Как будто она заботится обо мне.

— Ясно. Так будет лучше, Джастис, и все наладится. Ты сможешь начать заново, перестроившись. После всего этого ты сможешь стать тем, кем захочешь.

Мне нечего ей ответить, хотя есть некоторый ответ, который я не могу произнести вслух, поэтому просто вешаю трубку. Хайди привыкла к моей лаконичности. Я говорю так со всеми, кроме Элли.

Словно услышав, как ее имя мелодично звенит в моей голове, она забирается на диван, после того как я кладу свой телефон на столик. Я хватаю ее за талию и затаскиваю на колени, она визжит. Я зарываю свое лицо в ее волосы, пытаясь впитать как можно больше ее запаха, насколько могу и пока могу. Я чувствую свой запах на ней, перемешанный с ее духами и потом.

— Не хотел тебя будить, — говорю я в ее гладкую кожу за ухом. — Я как раз собирался вернуться в кровать.

— Я устала спать, — вздыхает она.