Давид предполагал, что Фаина захочет встретиться с Раей. Он бы тоже захотел. Хотя бы издалека увидеть. У Фаины было сразу две причины, но ею двигала только одна. Давид сильно сомневался, что она пришла бы посмотреть на ту, которую он теперь называет «своей». Не тот характер у Фаины.

А вот на дочь… На ту, которая ей снилась… О которой она плакала и о которой думала…

Сердце сжало тисками. Давид втянул в себя запах Раи и улыбнулся, хотя мышцы лица точно одеревенели.

Он переместился на диван, усадив Раю рядом. Максимально близко. Она и не пыталась отодвинуться, сама жалась к нему.

– Ты не сердишься на нас?

И это «нас»…

Боже...

Он давно не верил ни в чёрта, ни в Господа. Иногда приходилось принимать тяжёлые решения, идущие против норм морали, особенно сейчас, когда он занял другую должность. Да и в целом иное положение, как в городе, так и в области. Придётся показывать зубы и часто.

Но сейчас, именно в эти мгновения, когда нити судьбы переплелись в замысловатый и такой яркий узор, ему казалось, что невидимая рука коснулась плеча. Такое тоже бывает, чего уж.

– Нет, – Давид не лукавил.

Рая немного успокоилась и устроилась удобнее у него на груди, продолжая обнимать его. Последнее – самое главное."

"Давиду бы успокоиться немного, взять себя в руки.

Не получалось. Никак.

Его женщины сегодня сделали его. Уложили на лопатки. И ему нихера не было стыдно. Ни за ком в горле, ни за резь в глазах, ни за те чувства, что бурлили в груди. Они выжигали раны в его душе и тотчас их латали. В ушах шумело, в висках пульсировало.

То, что Рая не спешила выбираться из его объятий, радовало, успокаивало. Значит, ей в них хорошо.

– Фаина пришла познакомиться, а ещё предложила общаться. Она… – Рая шумно сглотнула. – Она пригласила меня посетить вместе галерею. Я согласилась.

Если бы ком не стоял в горле Давида, то встал бы после слов Раи. Когда последний раз Фаина куда-то выбиралась? Особенно в городе. Вечность назад. А с дочкой пойдёт…

– Это хорошо. Если вы найдёте общий язык, я буду только рад.

– Правда?

Рая заелозила, немного отодвинулась от него. Инстинкты кричали, чтобы он снова уложил её себе на грудь. И никуда, никуда не отпускал.

Когда заметил, что она заглядывает ему в лицо, видимо, ища ответы на незаданные вопросы, немного успокоился. Взгляда не отвёл. Эмоции тоже не прятал.

Пусть смотрит… видит… Знает.

– Конечно.

– Это на самом деле так странно, Давид. Я…

Рая покачала головой, зажала рот ладошкой, а потом решительно продолжила:

– Я же себя дрянью чувствовала…

– Рая!

– Нет, послушай. Я серьёзно. Спать с женатым человеком… Тот наш первый случай не в счёт. Он тоже меня не красит с моральной стороны, но всё же.

– Ты защищала родных.

В серо-зелёных глазах, из которых только-только ушла влага, появилась теплота.