Марк грубо тащил по лестнице, держа за волосы, полностью обнажённую женщину.

—Заткнись стерва, — рявкнул Марк, с силой дернув волосы женщины… та некрасиво пролетела вперед, громко причитая.

—Куда ты её? – спросил Этьен абсолютно спокойным, будничным тоном.

— После всего, что она сделала, это тварь достойна охоты…

— Я же сказал, никакой казни, — напомнил Этьен, зачем-то при этом добавив: — Самка.

— Поэтому вместо казни пускай гниет в клетке. — Марк тяжело вздохнул и пнул обнажённую красавицу по изящной точёной ножке. – Слышишь, сучка? За своё дерьмо будешь обслуживать наших ребят.

— Merci, merci, —шептала девушка, кинувшись целовать ноги Этьену. А когда она подняла голову, то я узнала её. Это была Джюли – та самая блондинка, которая издевалась надо мной в день приезда.

Только теперь эта высокомерная француженка сломленной куклой валялась в ногах у Этьена.

Страшное зрелище!

Клетка… обслуживать… сучка…. – эхом отдались в моей голове слова Марка.

Я почувствовала, что начинаю медленно оседать на пол.

А потом всё исчезло.

Глава 10

Этьен

В нашем мире осталось слишком мало вожаков.

Уже давно Альфе за счастье было иметь хотя бы одного наследника… пусть и не прямого.

Племянники, двоюродные кузены, просто какая-то далёкая родня — главное, чтобы наследник обладал силой Альфы.

Без вожака ни один бета долго не удержит оборотней, не остановит одичание, не спасёт того, кого ещё можно спасти.

Альфы… да, мы обеспечивали порядок в стаях, мы держали оборотней под контролем, но мы и служили им, кладя на алтарь нашего служения собственную жизнь. Вожаки, не встретившие истинную пару, редко доживали до старости, превращаясь в одичалых ещё на середине своей жизни.

Поэтому-то отец, зная, что ему не посчастливилось встретить свою истинную пару, с самого раннего детства готовил меня к наследованию стаи.

Но всё равно, это произошло слишком рано.

В ту ночь я играл в машинки, когда внезапно почувствовал что… что я стал сильнейшим самцом в стае. Это я-то — щенок, который тогда ещё не мог даже полностью обернуться.

Не понимая, что происходит, я отшвырнул машинки в сторону и побежал к отцу.

Слуга не хотел меня пускать, но мне хватило всего лишь небольшого рыка вожака, чтобы он повиновался…

Я горько ухмыльнулся, поняв, что не вспоминал об этом моменте с того самого вечера.

Получается, не просто так Луна Оборотней решила отдать под мою опеку Баевского воспитанника: не сильно мы с ним и разнились.

… я нашёл отца в гостиной. Он к тому времени уже позаботился о себе. Умирая, но при этом всё ещё сохраняя остатки разума, отец сухо рассказал мне о грехах моей матери.

— Она вытравила из своего тела твою сестру… И твоя болезнь – это был яд.

— Почему? – спросил я, ещё не особенно вникнув в слова отца.