Сказал, чтоб завтра заезжала, на что она спросила, можно ли сегодня, а я ответил, что лучше не гнать коней. А потом с тяжёлой душой вернулся в свой подъезд и постучал в комнату Алёны.

- Понимаешь, в чём дело, Алёнушка… - начал я и остановился, лихорадочно просчитывая возможные варианты развития ситуации.

- Ну чего остановился-то? – быстро ответила она, - в чём там у тебя дело, рассказывай.

- Да в том-то и дело, что оно скорее у тебя, чем у меня – короче слушай сюда…

И я в трёх-четырёх предложениях донёс до неё мысль Лиозновой про цыган, про межнациональные взаимоотношения и про видение дальнейшего сценария сериала комиссией имени Герасимова.

Алёна поразмышляла над сказанным где-то в районе полминуты, а потом заплакала навзрыд, вздрагивая своими худыми плечами. Попытался успокоить, как мог.

- Ну ничего же страшного не произошло, подумаешь невидаль какая, остаёшься ты в сериале, просто передвигаешься немного на другие позиции.

- А вместо меня кто будет в этом треугольнике? – сквозь слёзы уточнила она.

- Пока не решили, - дипломатично не стал педалировать ситуацию я. – На следующей неделе выяснится.

- А я знаю, - продолжила она, - это та девка будет, что с Евстигнеевым приходила.

Удивительная прозорливость…

- Не факт, исполнитель пока не утверждён, - попытался возразить ей я.

- Да не утешай ты меня, точно же это она будет, сучка крашеная!

- Вроде у неё это натуральный цвет волос, без краски… да успокойся ты, - перешёл я на командный голос, - чего нюни распустила? В жизни и посильнее удары случаются, по любому поводу плакать – слёз не останется.

Но и это ни хрена не помогло – она легла на диван, уткнувшись лицом в подушку и продолжила содрогаться всем телом.

Видя, что словами тут больше ничего не поправишь, оставил её в одиночестве и пошёл спросить совета у Инны. Та занималась готовкой чего-то там к ужину.

- Слышь, Инна, у Алёны истерика, может подскажешь, что в таких случаях делают?"

"- Про роль цыганки ей сообщил? – спросила она.

- Так точно, товарищ прапорщик, - ответил я.

- Ладно, сейчас что-нибудь придумаю.

И придумала, через десять минут Алёна, не сказать, чтобы сильно успокоенная, но и без следов истерики уже сидела за столом и механически жевала, что ей положила в тарелку Инна. А через полчаса случилось вот что…

Я после ужина пошел в клуб посмотреть на текущие документы да разобрать одну жалобу – жилтоварищ из 8 подъезда, сосед Вовчика кстати, написал кляузу на соседа сверху, что тот засорил ему канализацию, поэтому у него из раковины на кухне фонтан хлещет.

На бумаги посмотрел, жалобу разобрал (сосед сам какой-то херни насыпал в сливное отверстие и тряпок зачем добавил и хотел, чтоб у него после этого что-то работало), и тут услышал непонятное оживление на улице, крики, свист, громкие разговоры на грани.