Обратный путь до Угрюмихи занял больше времени — приходилось поддерживать шпиона, который едва мог идти. Передав Черкасского заспанному, но профессионально собранному доктору Альбинони, я направился к лагерю торгового каравана.

Благодаря допросу Тимура, я узнал, что Фадеева на самом деле использовали втёмную, и он не имеет отношения к Демидовым. «Уважаемые люди» просто намекнули купцу, что ему стоит отправиться торговать в этом направлении, и он послушался. А Черкасский втихаря занял место одного из свеженанятых охранников.

Картина, представшая перед моими глазами, вызвала удовлетворение. Вся охрана и сам глава каравана лежали лицом вниз с крепко связанными за спиной руками. Борис и его люди сработали чётко — ни одного выстрела, ни одной жертвы. Даже кровопролития удалось избежать.

Аристарх Фадеев бросил на меня яростный взгляд, когда я опустился рядом с ним на корточки.

— Что всё это значит? — прошипел он, пытаясь сохранить достоинство даже в таком положении. — Мы прибыли с миром, вели честную торговлю…"

"— Один из твоих людей пробрался в мой дом и пытался меня ограбить, — перебил я его. — Поэтому сейчас мы будем говорить о твоём будущем, Аристарх.

Фадеев нервно сглотнул, его самоуверенность мгновенно испарилась. До него, наконец, дошло, что его благородный статус и коммерческие связи не имеют никакого значения здесь, на краю цивилизованного мира.

Глава 6

Фадеев смотрел на меня с затаённым страхом, который не могла скрыть даже его напускная надменность. Я ухватил его за локоть и рывком поднял на ноги.

— Пойдём-ка поговорим, — произнёс я тихо, но твёрдо. — Наедине.

Купец не сопротивлялся, когда я повёл его к одной из его же повозок. Выбрав ту, что стояла чуть в стороне от остальных, я распахнул задний полог и практически втолкнул его внутрь, после чего забрался следом.

Внутри фургона царил полумрак, воздух был пропитан ароматами пряностей, кожи и металла — смесью запахов, свойственных помещению, где часто хранятся самые разные грузы. Я зажёг небольшой светляк, чтобы видеть лицо своего собеседника. В тусклом синеватом свете черты Фадеева заострились, сделав его похожим на загнанного в угол лисицу.

— Давай проясним ситуацию, — начал я, усаживаясь на деревянный ящик напротив него. — Один из твоих охранников, Корнеев, пробрался в мой дом…

Я намеренно использовал фальшивое имя, под которым Черкасский был известен в караване — он сам рассказал мне об этом во время допроса. Не следовало раскрывать все карты, ведь связь Тимура и Демидовых для моего собеседника оставалась тайной. Пусть так будет и дальше.

— Корнеев? — Фадеев нахмурился, вспоминая. — Нанял его в Нижнем Новгороде, перед самым выходом.