Борюсик, периодически возникавший на моей орбите и норовивший вытащить из «этого днища», как он называл мою теплую конуру и спокойную работу, вскоре угомонился и, наоборот, в последние года два являлся ко мне отоспаться, отъесться, рассказать об очередной бабе, которая почему-то не поняла всю прелесть свободных отношений и не услышала те искренние слова, которые он говорил каждой в завязке их «любовной» истории.

Я не помню в точности, но мне он тоже что-то такое пытался втирать, ох, как я поржала в процессе! Борюсик даже расстроился, бедолага. А потом сам еще ржал со мной.

Вот и вчера он пришел, как всегда, весь такой на стиле, модно-небрежный, с бородкой и новейшей моделью телефона.

– Глянь, чего у меня есть! – заявил он с порога и эффектно разложил телефон.

Я равнодушно глянула, продолжая лихорадочно продумывать, чего еще могла забыть? Явно что-то упустила, не положила в чемодан.

Я настолько редко выбиралась куда-либо, что процесс сборов был занятием дико травмирующим.

– Опять раскладушки, что ли, в моде? – ради приличия проявила я интерес к его обновке.

– Бляха, ну ты село вечное! Это – самая последняя модель! По предзаказу! Стоит, как твой «патрик»! Кстати, видел его на стоянке во дворе, у него, смотрю, левый бок проржавел совсем?

– Это краска так легла, – обиделась я за своего любимца, – я его поцарапала тут…

– Да нафига было красить-то? На нем все равно ни черта не заметно. Трактор, он и есть трактор… А ты чего это, собралась куда-то? В свой курятник? Медведи же сожрут…. – наконец, обратил Борюсик внимание на раскиданные по всей моей студии вещи и здоровенный чемодан посередине.

– Не надо обижать дом моих предков, – обиделась я, – и нет в рязанской области медведей… И вообще, я не туда. Женя на курорт позвал, на Мальдивы…

– Ого! А с чего это такая щедрость от твоего задрота?

– Борюсь, я тебе уже говорила, мне не нравится, когда ты его так называешь.

– Мась, ну а как я должен называть человека, бегающего от тебя к бывшей? Он тебе рога наставил уже размером с пятиэтажку, а ты все не веришь!

– Борь, я разозлюсь сейчас!

– Вот! Разозлись! И пошли его уже нахер!

– Я тебя сейчас пошлю!

– Так меня бесполезно, ты же знаешь…

Я надулась, не желая больше слушать гадости про Женю, моего постоянного парня, и по привычке прикидывая, почему это Борюсик так его невзлюбил?

Нормальный человек, инженер в одном очень даже серьезном производственном холдинге, Женя был интеллигентным до мозга костей, москвичом в фиг знает, каком поколении, имел приятные черты лица, приятные привычки… И вообще… на редкость комфортный в общении. Спокойный, я бы сказала.

Наш роман длился уже год и неторопливо двигался к естественному завершению: свадьбе.