Точнее, с другим предложением пришла. Увидела его такого хмурого и холодного, стало немного обидно. Я надеялась, что он хоть немного смягчится после нашего поцелуя. Зря. Ничего не изменилось.

Вот и пришла мне в голову эта идея с аукционом. Дурацкая. Но… поздно пить «Боржоми», как говорится.

Бурый кладёт руку на мою шею и легко сжимает пальцы.

— Какой аукцион? Ты чё, блять, удумала? — рычит он.

— Ну… — я тяну время, пытаясь обдумать, что говорить дальше, чтобы ещё больше себя не закопать.

— Сама придумала или посоветовал кто?

Бурый даже не догадывается, что помогает мне своими вопросами. Он чуть приподнимает меня за шею и толкает назад. Я иду на носочках практически. Охаю, когда больно прикладываюсь затылком об стену.

— В книге прочитала.

— Спали нахуй книгу, — шепчет мне в губы. — Об аукционе забудь.

— А такие реально проводятся, да? — невинно хлопая ресницами, спрашиваю я.

— Вот скажи, ты специально нарываешься?

— Нет.

— Понравилось по заднице получать?

— Н-нет, — запинаясь, отвечаю я.

— Что-то не очень уверенно отвечаешь.

— Нет, — повторяю уже твёрдым голосом, но поздно, кажется."

"— Повернулась, — говорит он, отпуская мою шею.

— Зачем это?

— Повернулась.

Недовольно поджимаю губы и поворачиваюсь лицом к стене. Неужели снова по заднице получу? Ну, твою ж мать! Мне и так сидеть после прошлого раза не очень комфортно.

Бурый довольно хмыкает, подходит ко мне сзади, поддевает пальцами резинку пояса штанов и медленно опускает их, оголяя ягодицы.

Я тут же краснею, так как надела сегодня кружевные стринги. Ещё подумает, что для него старалась. Чёрт! Нужно срочно купить себе хлопковые трусы-недельки с цветочками, бабочками и единорожками!

— Мм, — тянет Бурый, проводя горячей ладонью по ягодице, — красиво.

Он поддевает резинку трусиков пальцем, а я перестаю дышать. Их тоже снимет? Божечки. Но нет. Мужчина убирает руку, возвращаясь к попе. Проводит ещё раз, а потом резко шлёпает. Место удара горит огнём. Я подаюсь вперёд и чуть не впечатываюсь лицом в стену.

— Упрись руками, — советует Бурый.

Зло смотрю на него и встречаюсь с насмешливым взглядом. Он подходит ближе, касаясь грудью моего плеча. Я всё же поднимаю руки и упираюсь ладонями в стену.

— Что ты… — выдыхаю я, когда рука Бурого ныряет по футболку и ложится на живот.

— Чшшш…

Шлёп! Новый шлепок. Я морщусь от боли, закрываю глаза. Пытаюсь отвлечься. Но ничего не помогает. Я снова поглощена будоражащими кровь ощущениями. Горячая ладонь Бурого на животе, его запах потрясающий, горячее дыхание, ласкающее шею.

Шлёп! Сжимаю бёдра после очередного шлепка и, к собственному стыду, чувствую нарастающее возбуждение. Внизу живота образовывается приятная тяжесть. Грудь высоко вздымается.