Я никогда не позволял оставаться в моем доме кому-то, кроме сестры, и я пока не знаю, могу ли доверять Инди. Она не кажется злой, и Стиви доверяет ей, но люди могут удивлять. То, что я предоставил ей неограниченный доступ в свою квартиру, мягко говоря, ошеломляет. Мне пришлось сдержаться, чтобы не позвонить своей близняшке и не попросить ее ночевать у меня, пока меня нет в городе, но я знаю, что Стиви будет расстроена моим незаслуженным недоверием к ее подруге.

Итак, пока я иду домой, единственное, что крутится у меня в голове, – это надежда, что Инди не нашла чего-то, что она могла бы использовать потом против меня, или информацию, которую она могла бы продать, чтобы быстро заработать. Я осознаю свою паранойю, но она оправданна, и человеку в моем положении всегда нужно быть начеку. Я не могу терять бдительность.

Достав ключ из-под коврика, я вхожу внутрь. В квартире тихо, но очень светло. Еще рано, и солнце только начинает выглядывать из-за зданий в центре Чикаго. Этого недостаточно, чтобы осветить пространство. Очевидно, Инди оставила все лампы включенными прошлой ночью, прежде чем лечь спать, и это просто замечательно. Я не только получил новую соседку по квартире, но и увеличил свой счет за электричество.

Внутри что-то изменилось. Не знаю, может быть, это потому, что в соседней комнате спит женщина, но энергия вокруг меня изменилась. Когда мои глаза медленно привыкают, я замечаю всплески цвета, которые, я знаю, мне не принадлежат.

На диван наброшено светло-фиолетовое вязаное покрывало.

Рядом с моей кружкой стоит розовая многоразовая кофейная чашка с соломинкой.

На моем диване так много чертовых подушек, что негде сесть.

Желтые занавески с гребаными шариками-помпонами сдвинуты к краю панорамного окна.

Зелень. Так много зелени, от суккулентов на моей книжной полке до гигантского лиственного дерева в углу у окна.

Говоря о моей книжной полке, это гребаная радуга. Мои книги полностью переставлены, и их количество, кажется, удвоилось с тех пор, как я уехал. Инди взяла мою хорошо продуманную и организованную книжную полку и сделала так, что теперь кажется, будто на нее стошнило единорога: цвета последовательно переходят от красного к фиолетовому. По какой, черт возьми, причине «Инвестирование 101» должно быть зажато между двумя книгами с мужчинами без рубашек на обложках? Потому что они все оранжевые?

И какого хрена на моей книжной полке стоят голые чуваки?"

"Она романтик. Конечно, она чертов романтик. Она шесть лет ждала предложения, которого так и не получила. Ей нравятся цветы и девчачья одежда. Я должен был догадаться.

Я в бешенстве кружу по квартире. Это было ошибкой – позволить ей переехать ко мне. Сорок восемь часов моего отсутствия, и она завладела домом. Куда бы я ни посмотрел, везде ее частичка.