– В прошлом я так и поступила бы: попыталась бы от тебя откупиться. Пойми меня правильно, дорогая. У тебя резкое имя, неподходящее происхождение и ты шай-эрка.

– Почему вы передумали? – с прохладцей в голосе спросила я.

Илайза расхохоталась:

– Пощади мои материнские чувства и скрой разочарование хотя бы из вежливости!

Из вежливости? Да я весь день демонстрировала свои лучшие манеры! Но коль все равно прокололась, то бессмысленно изображать тихоню. Нутро по новому лекалу за пару часов не перекроишь.

– Ты действительно взяла бы деньги?

– Какой смысл обсуждать, если вы мне их не дали, – пожала я плечами.

– Мне любопытно, на что ты их собиралась потратить.

– На благотворительность. В Шай-Эре ценится, когда к личной грамоте приложены сертификаты о добрых делах. Я не помогаю в приютах и не участвую в организации благотворительных балов в академии. Скажу больше, я в принципе не люблю балы и никогда на них хожу. Так что подарить кому-нибудь деньги – отличный вариант. Тем более, мне не пришлось бы напрягаться, чтобы их заработать. Никаких моральных метаний! У нас с Гарретом все равно нет отношений.

Вас запутали простые сплетни.

Илайза внимательно выслушала тираду, пожалуй, самую длинную из тех, что я позволила себе в присутствии этой женщины, и спросила:

– Он считает так же?

– Кто? Гаррет? Насколько я знаю, он неплохо относится к благотворительности. Клянусь, из чувства справедливости, я добавила бы в сертификат его имя.

– Не о том, – отмахнулась она. – Он тоже считает, что у вас нет отношений, или ты делаешь вид, что у вас их нет?

Я не нашла чем ответить, только промычала:

– Ну…

Мигом вспомнились все сугубо интимные моменты, что случились у нас за последние дни.

Когда в библиотеке, не отрывая взгляда от книги, он взял мою руку и долго-долго согревал озябшие пальцы в теплой ладони.

– Сегодня я видела, как он на тебя смотрит. Впервые за долгое время его глаза горели. – Илайза помолчала. – Он рассказывал, почему отложил окончание магистериума на год? Вряд ли. Северяне слишком чувствительны в вопросах магии и лишний раз о ней не говорят. Наш Гаррет практически утерял связь со стихией.

Хорошо, что я ничего не жевала, иначе опять подавилась бы!

– Но он при мне призывал стихию.

И это было поразительно! – не стала я скрывать, что до сих пор восхищена той демонстрацией.

Понятия не имею, как жить, если магия перестанет подчиняться, отзываться на призыв или вообще – не дай божественный слепец! – исчезнет. Это как до конца жизни лишиться одного из органов чувств. Жить можно, но захочется ли? Лучше вовсе не знать магии, чем знать, а потом потерять.

– Худшее позади, он справился, – легко согласилась женщина. – Проблема вовсе не в умениях, не в силе и даже не в силе духа.