Для человека, который рос одиноким во враждебном мире, она казалась слишком спокойной, воспитанной и разумной, но время от времени Кристиан задавался вопросом, какие раны кровоточат под маской ее невозмутимости."

"Этой ночью его окутало необыкновенной нежностью. Эльза умела пробуждать в Кристиане и необузданность, и ярость, и страсть, сейчас же ему хотелось не обладать ею, теряя себя от похоти, но целовать медленно и долго. Ночь таяла на кончиках его пальцев, а он все никак не мог оторваться от коленей и плеч Эльзы, от ее груди и шеи, от рук и скул.

Утомленная, зацелованная, заласканная, она уснула уже под утро, а Кристиан лежал рядом, потрясенный, благодарный и удивительно умиротворенный.

Спустя несколько дней Эльза зашла к нему с пачкой документов.

– Готово, – объявила она, довольно улыбаясь. От нее будто исходило тихое сияние. – Мэтр Шварц и господин Бенц подготовили учредительные документы. Ну что, господин Эрре, согласны ли вы, будучи в ясном уме и твердой памяти, стать банкиром?

– Кто такой этот Бенц? – спросил Кристиан, пытаясь сосредоточиться на делах, а не на Эльзе.

– Второй муж госпожи Саттон, он занимается ее финансовыми делами.

– Второй муж?

– Грета Саттон разводилась трижды. – Эльза разложила перед ним бумаги. – Порвала с каждым из мужей и глазом не моргнув. Удивительно решительная женщина.

– Господи боже, – выдохнул Кристиан, вдруг увидев бескрайние перспективы, которые прежде прятались в суматохе множества разных дел.

Если соучредителем банка станет Грета Саттон, а в деловых кругах все понимали, кто за ней стоит, то беспокоиться о безупречной репутации Кристиану больше нет никакого смысла. Сиятельная светская львица затмит собой любой скандал.

Это значило…

Значило, что залоговое обеспечение тестя ему будет без надобности.

Кристиан никогда всерьез не думал о разводе, потому что это оказалось бы слишком тяжелым ударом для Хельги и Исаака, но теперь эта мысль больше не казалась ему такой уж непереносимой.

Очевидно, что трещины в их отношениях с Бертой уже не заклеить воспоминаниями о детской дружбе.

Она страдала по другому мужчине, а он мечтал о другой женщине.

В целом в этом не было чего-то необыкновенного: многие так жили. Кристиан, не особо задумываясь, мог назвать с десяток знакомых, где каждый супруг ночевал в чужой постели.

Всех это устраивало, и никого не шокировало.

И только Кристиан совершенно неожиданно для себя оказался во власти чуждой ему сентиментальности.

Отец бы его не одобрил и не понял: зачем человеку столь солидного возраста и положения кардинально менять свою жизнь?

Разводы случались так редко, что каждый раз это вызывало целый ворох слухов, сплетен и осуждения.