В сквере прогуливались мамаши с колясками, одна скамейка была занята шахматистами пенсионного возраста. Медсестра, как договаривались, присела на свободную скамейку, достала из сумки бутылку кефира, батон. Обычная картина: человек после ночной смены решил перекусить на свежем воздухе, погреться на апрельском солнышке.

Нетвёрдой походкой Хансен прошёл мимо, присел метрах в двадцати. Вид у него был: «работяга после вчерашнего». Трёхдневная щетина, опухшее лицо, мешки под глазами – результат умелого наложения специального грима. Пузырящиеся на коленях короткие «треники», открывающие щиколотки с грязными носками. Потёртые ботинки, куртка с надорванным рукавом. Откинулся на спинку, прикрыл глаза.

Ждать пришлось недолго. Медсестра допила кефир, аккуратно сложила бутылку в пакет и опустила в урну. Как только женщина ушла, Хансен поднялся и целеустремлённо двинулся к урне. Опять же, обычное дело: дома шаром покати, до зарплаты целая неделя, а тут целых пятнадцать копеек за стеклотару. Три пирожка с повидлом, прекрасный завтрак. Но надо спешить, не один такой желающий. Вон за деревом конкурент с подбитым глазом «на старте», тоже к урне побежал. Шустрый, чуть не опередил. Пришлось отключить, незаметно для окружающих.

«Домой» специальный агент ЦРУ Джейсен Хансен вернулся в приподнятом настроении. Медсестра не подвела, в бутылке – заветная пробирка. Молодец, надо будет перед руководством походатайствовать, помочь женщине эмигрировать.

В бараке он достал из тайника деньги и документы, снял мокрым полотенцем грим, переоделся, занёс соседям остатки продуктов и навсегда покинул своё временное пристанище.

На двадцать пятом километре московского тракта общительный дальнобойщик подобрал разговорчивого попутчика, добирающегося автостопом до областного центра П.

Глава 20. «Ваше слово, товарищ маузер!»

13 апреля 1979 года, утро, гаражный кооператив на конечной остановке автобуса №31.

В пятницу Сергеев проснулся в отвратительном настроении. Накануне они поссорились с Оксаной. Андрей объявил, что на встречу с Белявским идут он и Николай. Девушку не берут. Оксана спорила, настаивала на своём участии, говорила, что так не честно, что она полноправный член команды. Даже плакала. Но Сергеев был категоричен. В конце концов, Оксана ушла, хлопнув дверью.

Когда утром, в начале девятого, в дверь деликатно постучали, Андрей бросился открывать, надеясь увидеть на пороге девушку. Но это был Неодинокий.

– Ты чего так рано? – удивился Андрей. – И стучишь, прямо как Оксана."

"Коля приложил палец к губам и с таинственным видом протиснулся в комнату.

– Дело есть.

За спиной у Коли висел на лямке длинный брезентовый чехол, из которого торчали черенок лопаты и грабли.