Их соитие было похоже на бой, а не любовную игру. Они рычали, как звери и отдавались друг другу, как в последний раз. На телах потомков драконов появлялась и исчезала мелкая чешуя, показывая, что пара в большом возбуждении.

Через час мужчина пришел в себя на кровати в ворохе разодранных шёлковых простыней и застонал, схватившись за голову.

‒ Что ты со мной сделала? ‒ хрипло спросил он, хотя уже знал, что произошло. Девушка применила свой дар, и он сдался. Амарант ненавидел себя сейчас, но больше всего он ненавидел девушку, которая стояла возле широко открытого окна и смотрела на веселящихся в небе райтов.

‒ Я всего лишь усилила твою тягу ко мне, ‒ она обернулась к нему, улыбнулась, ‒ Ты мой Амарант.

Мужчина встал, ненавидяще посмотрел на девушку, такую прекрасную снаружи и такую мерзкую внутри.

‒ Я никогда не прощу тебе этого Анодея Сахрами.

Она повернулась, и не стесняясь обнаженного тела, грациозно покачивая бедрами, пошла к нему, но дойти она не успела. Дверь резко открылась и в спальню ворвалась стража рода, а следом за ними отец девушки. Он надменно, брезгливым взором рассмотрел комнату и бросил застывшей дочери:

‒ Оденься.

‒ Отец, ‒ Анодея была наглой, вероломной, но не дурой, и отца боялась, ‒ Что происходит? Зачем ты приказал схватить Амаранта? ‒ Девушка спешно накинула на тело легкий халат, который, впрочем, был почти прозрачным.

Сахрами чуть приподнял бровь, взглянув на командира стражников, тот замер истуканом и пускал слюни на госпожу, потом закашлялся, но тут же быстро и громко заговорил:

‒ Амарант Тиборий ты обвиняешься в убийстве своей жены и проговариваешься к ссылке.

‒ Что? ‒ Амарант замер, перестав вырываться из тисков «артефактных силков», ‒ Что вы такое говорите? Утром моя жена была жива и здорова, это ошибка!

‒ Смерть наступила два часа назад от отравления, последним, ее видели вы, ‒ командир стражи выполнил свою часть работы и кивнул двум подчинённым, чтобы они тащили прочь преступника.

‒ Это неправда! ‒ кричал Табориа. ‒ Вы не имеете права без суда!

‒ Отец, ‒ Анодея замерла, не в силах противостоять своему отцу, она тряслась, но пыталась держать лицо, ‒ Что происходит? Ты же знаешь, что он не виноват!"

"‒ Зато я знаю, кто виноват! —рявкнул отец. ‒ Мне не нужны сейчас слухи вокруг нашей семьи, я не потерплю больше твоих проделок Анодея!

‒ Отец!

‒ Ты наказана! Через три месяца ты уедешь к своему новому мужу!

Глава рода Сахрами зло поправил свой строгий белый сюртук и поджал губы.

‒ Я не хочу замуж!

‒ Я все сказал, ‒ мужчина вышел из комнаты, в которой раздался вой его любимой дочери. Он сильно ее разбаловал, мужчина вздохнул, уж слишком сильно она была похожа на его любимую жену. Но всему есть предел и Анодея сейчас его перешла.