Ее перевели в отдельную палату, и мама часто оставалась с ней днем и даже на ночь. Но тяжелее всего ей дался разговор с мамой. Приняв решение рассказать правду, она не думала, что будет так сложно видеть в глазах мамы глубоко скрываемый страх. Страх того, что ее дочь сошла с ума. Ей не верили и это было невыносимо. Но чем больше Кристина ее убеждала, тем тщательней мама скрывала свой страх и все чаще повторяла, что все будет хорошо. Бедная мама! Она столько уже пережила и Кристине было жутко от того, что еще она сейчас переживает. Как ее убедить?

Она думала над этим несколько дней, пока не вспомнила, что она должна была оказаться здесь в одежде того мира и браслет. На ней ведь был браслет! Где же он? С огромным трудом она убедила медсестру принести ее вещи, которые были небрежно запихнуты в огромный пакет. Браслет медсестра принесла отдельно и положив на тумбочку сказала:

— Браслетик твой пришлось перекусить кусачками, не снимался он с тебя. Извини уж, хирургам не до сохранности твоих цацек было, срочно оперировать нужно было.

— Ничего страшного, — примирительно ответила Кристина, — спасибо.

Медсестра вышла, а Кристина дрожащими руками взяла браслет. Бесподобно красивый! Она нежно погладила его по камням, провела кончиками пальцев по затейливому узору и с сожалением посмотрела на грубо перекушенные концы. Жаль. Возможно потом она отдаст его в ремонт, но не сейчас. Сейчас он слишком о многом ей напоминал и вызывал болезненные воспоминания. Она крепко сжала его в ладони, прижав к груди и не смогла сдержать слез. Зашедшая в палату мама, тут же бросилась ее обнимать. Сразу стало теплее и уже не так тяжело на душе. Кристина раскрыла ладонь и показала ей браслет.

— Мама, вот этот браслет, о котором я тебе говорила. Посмотри на него, разве он не прекрасен? — она воодушевилась и выжидающе смотрела на маму.

— Да, милая, он очень красив. — как-то весьма сдержанно ответила она."

"Мама ей по-прежнему не верит, но боится расстроить, признавшись в этом. Тогда Кристина, мягко высвободившись из ее объятий, с трудом переставляя ноги, подошла к пакету, все еще лежавшем на полу, и вывалила его содержимое на пол. Платье было в ужасном состоянии, разрезанное спереди, наверное, его тоже не пожалели, как и браслет, все в крови. Но это по-прежнему было платье, которое очень сложно встретить в их мире, только если в музеях, или на костюмированных мероприятиях. Рядом валялись чулки, сорочка и сапожки.

Кристина в возбуждении подняла платье и, держа его на весу, сказала:

— Посмотри, это платье, разве у нас носят такие? Это в нем я была, когда оказалась здесь. Оно из другого мира. Мама, поверь мне, пожалуйста. — ее голос сорвался на шепот, и она с такой надеждой посмотрела на маму, что той пришлось опустить глаза.