Все-таки еще много времени.

* * *

Саша конечно прощает мать, а та решает всем нам показать их загородные угодья, где у них дом еще больше, если это возможно. Саша держится отстраненно, мы много разговариваем, смеемся, но почти не касаемся друг друга. Почти не смотрим в глаза.

И если бы не ночи, если бы не эти дикие ночи, то я бы подумал, что потерял ее навсегда.

Она пришла ко мне сама. Просто вошла в комнату, где меня положили и залезла в под одеяло. Сначала лежала неподвижно, словно воришка, забравшийся в чужой дом. Но стоило ее коснуться, стоило погладить тонкую талию, как все встало на свои места.

Она сама потянулась ко мне, сама влезла и так целовала, что впору было поверить в рай.

— Саша, давай сначала…

— Нет, или мы молча занимаемся любовью, или я ухожу.

Что я дурак отказываться, только вот.

— Я не планировал и у меня ничего нет, — целую ее в шею, сдерживая себя изо всех сил. Тело горит от желания снова ощутить ее тугую глубину.

— Завтра купишь, а сегодня придется изловчиться.

— А ты больше не принимаешь таблетки? — с глупой надеждой спросил я, ну блин, знаю, что и так перебор, но все-таки.

— Не принимаю, я не планировала и вообще, я просила тебя заткнуться, — целует она меня сама, и я перекатываюсь, подминаю ее под себя и целую глубже.

Скольжу языком по языку, поглаживая грудь, что так идеально ложиться в руку.

Я снял с Саши футболку и долго любовался дерзкими сосками, не переставая их поглаживать, пока не взял в рот, просто чтобы ощутить сладкий вкус ее тела.

Рот наполнился слюной, и я стал спускаться к животику, оставляя на груди только руки.

Она может и хотела молчать, но я раздвинул, ноги и коснулся языком мягких складок…

— Мирон! – хотела она подняться, но я толкнул ее на подушки и спустил свои руки, чтобы зажать обе половинки ягодиц и окончательно погрузиться в пряную влажность ее промежности.

Сладкую и такую горячую.

Я вылизывал ее, наслаждаясь каждой вибрацией, каждым звуком, даже собственными мучениями. Блин, так круто было вдыхать ее запах, о котором раньше только грезил. И плевать, что нормально трахаться нельзя будет, главное рядом быть.

Как угодно, только с ней.

Чувствую, как рот стремительно наполняется обильными соками, а напряжение в теле Саши растет – оно вибрирует.

Она уже вцепляется мне в волосы и просто кричит, когда я усиливаю напор, давление, скорость движения и Сашку уже несет, она кричит в свой кулак, пока меня накрывает момент, когда год назад я не смог сдержаться и просто вошел в нее, пока она кончала.

Поднимаюсь к ней, тяну к себе, обнимаю, слушая, как бешенное сердце замедляет бег, а она меня целует, пробуя свой собственный вкус. А потом просто поднимается и уходит. Ни слова не сказав на прощание.