Откуда мама узнала про мой прилет, почему Миранда оказалась не той, с кем я общалась. Но ведь это ее адрес… Голова начала раскалываться нещадно и по дороге домой, пока мама гладила меня прохладной рукой, я все же спросила ее.

— Мама, а может это ты была Мирандой?"

"— Нет, Сашенька, это точно не я, — улыбается она и я бы голову дала на отсечение, что сейчас ее улыбка посоревнуется с великой картиной «Мона Лизы». Но я не вижу причин ей мне врать сейчас, после того как все наладилось, поэтому расслабляюсь и вовсе ложусь спать, как только добираюсь до постели. Надеюсь, что сон все расставит на свои места.

Просыпаюсь от шума, громкого смеха и выкриков. Открываю глаза и вижу, что дверь в спальню открыта, хотя я вот точно помню, что закрывала ее. Встаю, чтобы закрыть и не поспать дальше, не отвлекаясь на компанию, которая очевидно пришла к Митьке. Уже прикрываю дверь, как вдруг слышу до дрожи знакомый голос, орущий на русском языке.

— Митяй, ну чего ты как телка? Живее! Мочи его!

Глава 44. Мирон

— Мирон! – она дергает дверь, и та бьется об стену. Хочется вжать голову в плечи, но назад дороги нет.

Теперь нужно пережить ее гнев, дать понять, что я согласен уже на любые условия, только чтобы она со мной была.

Только чтобы больше не убегала. Потому что дерьмово без нее. Без нее нет радости ни от чего. Все планы, цели, заработанное бабло.

Она ведь мерило всего.

Как без нее то?

Без кожи гладкой, волос этих шелковых лунных, тела, что соблазнит и святого. Но перед глазами до сих пор тот момент, когда увидел ее разбитую, в разрушении которой я был непосредственным участником. Я тоже виноват. Я дерьмо. Я не заслуживаю ее. Но эгоизма во мне больше. И как бы далеко она не бежала, я все равно буду догонять.

У меня машина быстрее.

— Митя! Ты знал! И мама! Боже! Миранда… Это все ты, да. Ты весь год не мог мне написать, как мужчина, но писал как девушка! Трус! Ублюдок…

— Саш, послушай, он же не со зла, — пытается меня оправдать Митя, который еще несколько дней говорил, что затея плохая и Сашу это не вернет. Но есть у людей свойственное им качество, верить в лучшее. Верить в чудо.

— А ты вообще молчи. Ты обманул меня. Мама врала.

— Не правда, доча, — появляется Ольга, и я невольно любуюсь этой мудрой, но слабой женщиной.

Саша обязательно будет счастливой. Теперь будет только так. Со мной. – Ты спросила Даша ли сказала о твоем прилете, я ответила, что нет.

— Отличная тактика, Мам, — начинает реветь это дурочка. – Ты просто не договорила мне правды. И когда вы спелись. Как вы вообще могли спеться!?

— Мирон пришел к нам неделю назад, рассказал о тебе и предложил попробовать помириться. Он считал, что ты к этому готова.

— А может быть я начну сама решать, когда я буду к этому готова? — орет она и разворачивается, убегает вниз по лестнице.