Вырастешь немного — и папа тебя всему научит…

Даша улыбнулась, очень надеясь, что тон и надежда, которой звенит ответ, не расстроят ребенка, Мира же вздохнула, кивнула, снова глянула в небо…

— А цуть поззе — это завтла? — и задала вопрос, не улыбнуться еще шире в ответ на который Даша просто не могла.

— Еще чуть позже, но все равно обязательно. Ты пока маленькая совсем…

Мира выслушала, кивнула, вздохнула тяжело, снова взялась за волосы мамы…

— Устала быць маленькой… — шепнула будто действительно уставшим голосом, скорей себе, чем Даше. Она же… Застыла на секунду… В сердце кольнуло, потому что… Себя вспомнила.

— Почему устала? Это ведь хорошо быть маленькой, Мир… Вот вырастешь — я не смогу на руках тебя носить…

— Папа смозет… — ребенок же отмахнулся, продолжая увлеченно крутить волосы. Видимо, всерьез задумывалась о том, чего лишится со взрослением, а что приобретет. А ведь три с половиной года всего. — И Тёма со Стасом длазнить перестанут… — и снова вздохнула, подняла взгляд… Никогда ябедой не была. Даже в таком возрасте уже понимала, что своих не сдают, но раз решила сказать, значит, тревожит.

— За что они тебя дразнят?

— Маленькая… — выдохнула тихо, будто одно слово могло все объяснить. И Даше… Даше оно объяснило. Снова будто одной ногой ступила в детство, в котором… Её Тёма с её Стасом дразнятся… Потому что маленькая…

— Они завидуют просто, солнышко. Поверь, я знаю. Завидуют, что ты позже них в школу пойдешь. Что можешь играть, когда хочешь, что с любимым мишкой спать можешь… Они то нет уже — взрослые слишком… Еще и парни. Представляешь, как не повезло?

Даша говорила, Мира вроде бы улыбалась, но отчего-то не было сомнений, что делает это больше для успокоения мамы, чем действительно верит."

"— А у Лили сколо ляля будет? — они с минуту шли молча. Мира, продолжая возиться с волосами, Даша, глядя перед собой, постепенно погружаясь в мысли. Потом же дочь снова задала вопрос.

— Скоро. Хочешь перестать быть младшей? Думаешь, когда у Лили будет ляля, станет легче? — Даша примерила на свой, взрослый, ум, Мира же активно замотала головой.

— Нет. Буду с ней иглать, лаз Тёма со Стасом не хотят. Пусть она не думает, сто младсей быть плохо…

Даша отчего-то шумно выдохнула, сначала посмотрела в сторону, потом не сдержалась, уткнулась носом в волосы своего мудрого, доброго ребенка, которого лучше ее самой вряд ли кто-то поймет.

Сделала еще несколько шагов, а потом присела, поставила дочь на землю, взяла ее ладошки в свои руки, заглянула в лицо… Мира смотрела на мать, насупив брови. Не понимала, почему во взгляде столько сожаления и даже слезы блестят…

— Мы поговорим с Тёмой, зайка. И ляля тоже скоро будет. И мы с папой всегда готовы поиграть, поговорить, выслушать.