Вроде в Москве у неё никого не было, но мало ли, она знала многих товарищей по спорту, и большинство из них жили в столице. Осталось несколько вариантов, и очень надеялся, что выбрал верный, между железнодорожным и автовокзалами.

Рыжеволосая девчонка сразу бросалась в глаза, да ещё в таком коротком платье, что проходящие парни сворачивали шею, а я недоумевал, как она умудряется не замечать эти сальные взгляды.

Остановился, наблюдая за ней. Разве мог её отпустить? Смогу ли я вообще когда-нибудь позволить ей уйти? Такой вариант развития событий разлился жгучей болью в грудной клетке, так что дышать становилось трудно. И сейчас я не чувствовал, что дышу, не чувствовал, что сердце бьётся, потому что она не хотела принимать меня.

По иронии, она видела в основном положительную сторону моей натуры, а что будет, когда столкнётся с тёмной?

Мы смотрели друг другу в глаза в отражении стекла, и не было на вокзале других людей, кроме нас, и время, кажется, замерло, а снег за окном повис в воздухе. Приблизился к ней, вдыхая её запах, и вновь мир обрёл краски, ожил, прекращая быть чёрно-белым.

Алёна откидывается на мою грудь, будто устала без меня, как и я без неё, продолжая смотреть в мои глаза через отражение.

– Давай уйдём отсюда.

Качает головой, но не отстраняется.

– У меня поезд.

– Здорово. А у меня машина.

– Самгин, я тебя ненавижу.

Поворачиваю лицом к себе, обхватывая ладонями её шею, заглядывая в глаза.

– Повтори.

– Я тебя ненавижу.

– А я жить без тебя не могу.

– И я без тебя не могу, – утыкается лбом мне в грудь и обнимает сама.

– Хоть это взаимно, – начинаю дышать.

– На меня ведь тоже парни спорили, – произносит, поднимая ко мне лицо, – так же, как и ты на тех девчонок. Знаешь, что это за чувство, когда к тебе как к вещи относятся?

Она вглядывается в моё лицо, будто пытается увидеть, насколько я похож на тех, о ком она говорит.

– Знаю, но давай не будем об этом.

Смотрит на меня удивлённо, не ожидая подобного ответа, и произносит:

– Боже, только не говори, что девчонки спорили о том, кто затащит тебя в постель!

– Да ну, они же все могли выиграть. Одновременно.

Отталкивает меня ладонями и пытается уйти, но я успеваю схватить её за запястье и притянуть к себе.

– Всё равно не отпущу.

***Я не знаю, когда родились эти чувства. Может быть, в тот день, когда она бросила свой первый взгляд в мою сторону и поцарапала мою броню холодными глазами. Или когда я прочитал ей в палате первую книгу. Возможно, когда наблюдал, как девушка медленно засыпает. А может, в то утро после возвращения из больницы, когда увидел её в смешной пижаме, или тем вечером, когда она стояла на снаряде, грациозно выполняя гимнастические элементы.

Чем больше я об этом думал, тем больше понимал, что я любил её всю жизнь.