Анастасия дерзко смотрит в мою сторону, оценивая, поведусь ли я на провокацию или нет.

– Что, Комар, трусишь?

– Дуэль так дуэль, – пожимаю плечами с деланно безразличным видом.

– Отлично, выбирай снаряд, я выберу элемент.

– Разновысокие брусья, – кидаю я, зная, что хороша на них.

– Выполняем «Петлю Корбут».

В зале повисла тишина. Я не видела, чтобы Малевская тренировала этот элемент, но очевидно, что так и было, раз она предложила его.

– Вы рехнулись? – слышу голос Кати, которая вышла из ряда наблюдавшей за нами толпы и приблизилась ко мне. – Комар, не вздумай соглашаться, ты не так давно вернулась в строй. Если упадёшь, никакой Данилевский не поможет тебе попасть на соревнования, будешь в травматологии лежать до конца жизни.

Смотрю на Катю, не веря, что именно она единственный глас разума здесь. Сердце бьётся бешено. Я тренировала петли, но всегда рядом был тренер, которая могла меня поймать, поддержать, а сейчас рядом только девчонки, ни одна из которых не осмелится подойти к снаряду, пока я буду на нём, да и при желании, если буду лететь вниз, не смогут помочь."

"Знаю, что Катя права и раньше я никогда не рисковала своей жизнью и здоровьем, но на плече будто чёрт сидел, шепча на ухо согласиться, несмотря на опасность и несмотря на то, что я не была уверена в своих силах при выполнении этого элемента на сто процентов.

Протягиваю Малевской руку:

– По рукам, – мы жмем друг другу сухие от магнезии ладони, и их разбивает девчонка, предложившая дуэль.

К нам подтягивается всё больше и больше людей, все прекратили тренировку. Наблюдать за нами было куда интереснее.

Настя вышла к брусьям первая. Обработала поверхность, проверила, закреплён ли снаряд под неё, должно быть, прочитала молитву и полетела на нижнюю, а затем на верхнюю жердь. Для выполнения этого упражнения Малевская подходила идеально, она была ниже меня, её ноги по отношению к туловищу короче, чем у меня, поэтому ей просто-напросто было проще.

Мы все забывая дышать смотрели, как она, держась за брусья руками, встаёт на перекладину ногами и, отталкиваясь, делает сальто назад, чтобы вновь поймать перекладину. Она стремится руками, выгибаясь всем телом в сторону брусьев, но нам уже видно, что она не дотянется до них. Все, как в замедленной съёмке, наблюдали, как девушка летит на маты. Она если бы и не разбилась, то запросто могла себе что-то повредить, приземлившись животом о мат. Я заметила Данилевского, лишь когда он вышел на маты, чтобы поймать свою ученицу.

Мы все в ужасе наблюдали, как он опускает её на мат, оставшуюся целой и невредимой лишь благодаря его хорошей реакции.

– Чья это была идея? – он не кричит, но его голос раздаётся на весь зал настолько громко, что мне кажется, от вибрации его тона дрожат мои внутренности.