Музыка в какой-то момент становится громче, я её слышу, но не могу оторвать взгляда от похабной ухмылочки здоровенного мужика, заслоняющего собой всё пространство.

На полу Маша скосила взгляд на дверь. В комнату ввалилось несколько мужчин. Моему неминуемому позору будет больше свидетелей. Я в ужасе от перспектив. Не надо быть умной, чтобы понять, надо быть дурой, чтобы верить в сказки с лихими сюжетами. Женщина сразу понимает, что нравится мужчине. Чисто внешне я ему захожу, он не хочет этого отрицать. Судя по действиям, уважения у него тоже нет, так как он считает меня наглой наркоманкой. Соответственно и обращаться он со мной собрался из этих доктрин.

Выставляю руки вперёд и практически сдерживая эмоции шиплю:

–Я не знала, что она с наркотиками, мы просто пришли в клуб. У меня ничего нет, я никому ничего не продавала и даже не знала об этом.

Мне отчаянно хочется, чтобы вопреки происходящему, кто-то адекватный встал на мою сторону. Вместо этого они просто свидетели…

Толпа мужчин на входе притихла неожиданным образом, никто не комментирует, все чего-то ждут.

– Ну-ну, – мягкий шаг в мою сторону.

– Слушай, седой, тут такое дело… – кто-то из вошедших попытался вклинится в разговор, но мужчина даже не повернулся сразу грубо обрывая.

– Пошёл на хрен отсюда.

И вытащил ремень окончательно. Демонстративно так, показательно и нагло смотря в глаза. Глумливо прошёлся по мне взглядом, словно примеряясь откуда лучше начать. Судя по всему, наличие свидетелей его только распаляет.

– Откуда мне это знать? Я не могу верить тебе на слово.

– В клубе есть камеры, – быстро нахожусь с ответом.

Стараюсь говорить спокойно, но в голове крик.

ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?!

Маша по-прежнему молчит, толпа на входе её ни на шутку пугает. Толи один… а тут как минимум ещё пять мужиков в добавок.

Голубые глаза прищуриваются с секунду, он думает, а потом парирует."

"– Твоя подружка не засветилась ни на одной, -пауза, – во время передачи, откуда я знаю, может быть ты тоже.

– Вызывайте полицию, пусть она разбирается.

Предпринимаю последнюю попытку спасти своё шаткое положение.

Саркастически ухмыльнулся, мысленно раскладывая меня.

– Седой, – опять голос от двери.

Со стороны «седого» полный игнор.

– Нет, разбираться будем мы сами и то, как мы разберемся тебе понравится меньше всего.

Одним движением вытаскивает рубашку из брюк. Сердце бьётся в груди проламывая рёбра.

– Я ничего не делала! – а это уже крик.

Мне некуда бежать, совершенно некуда. Чёртова – Машка, дура -я. Это предсказуемо… я испытываю злость и ненависть к ней и удушливые волны жалости к себе. О том, что он собирается делать понятно даже безмолвным стенам.