Просто гребанная, и несмешная шутка!

- Илья! — строгий голос отца прозвучал набатом. Но это не помогало.

- И тебе добрый вечер, Илья. – тихо произносит та, что сидела напротив его родителя.

Позади послышался цокот каблуков. Парень раздражался ещё больше. Что за спектакль здесь происходит? Взгляд брюнета замер на столовых приборах. На мгновение Илья, прикрыл глаза, чтобы собраться с мыслями. Быть не может…

Цокот каблуков прекратился. Заглох точно у него за спиной.

Увидев затылок парня, Милана притормозила. Сердце с уханьем провалилось вниз, царапаясь о рёбра.

Этого не может быть. Это… Боже! За что?!

Девушка остановилась рядом со стулом. Точно между Павлом и его сыном. Дышать перестала, в попытке унять желание сбежать отсюда.

Приближение официанта заставило очнуться и молча занять свободное место. Тихо, почти бесшумно. Боясь даже лишний раз вздохнуть.

- Мы уже заказали… — Павел ставит локти на стол, подпирая гладковыбритый подбородок, но через секунду, снова прячет их под столом. Мужчина нервничал. Как и все они. Очевидно. - Илья, - прямой взгляд на сына. - я знаю, что всё это неожиданно, но…

- Я не голоден, — обрывает его брюнет. Поворачивается всем корпусом к девушке, впиваясь пустым взглядом в её голубые глаза. — Какая встреча. — Иронично скривил губы. – Не так ли?

Этот взгляд царапает скулу, шею. Задерживается не ключице, спускается к груди и останавливается на стройных ножках.

Блядь… грёбанный пиздец.

Милана поспешно кладёт на колени салфетку. Прикрывается ею, будто щитом, и тянется за бокалом воды. Ей показалось, что её рот полон песка. Горячего. Адского.

Брюнет злился. С каждой секундой злость всё больше зудела под кожей. Мысленно Илья считал до десяти и обратно. Он ведь здесь ради отца? Верно? Парень беспрестанно напоминал себе об этом. Это недоразумение. Назарова? Почему именно она?

Косой взгляд на деканскую дочурку. Для кого она разоделась?!

- У всех наполнены бокалы? — голос отца возвращает в реальность. — Мы с Оксаной, — берёт свою спутницу за руку, и подносит тонкие женские пальцы к своим губам. Смотрит на неё с обожанием. — Мы бы хотели официально объявить о наших отношениях. – прочистил горло. - Которые длятся, уже достаточно долго. – свободной рукой Павел проводит по своему виску, стирая с него капельку волнения. - и о нашей помолвке.

Нет. Нет-нет-нет! Это пиздец…

Парень с жалобным скрежетом отодвигает свой стул, привлекая внимание собравшихся в зале. И, не проронив больше ни единого слова, покидает зал.

Он не собирается участвовать в этом дерьме.

…

Первым делом, перешагнув порог собственной квартиры, Павел столкнутся с собственным сыном. Нос к носу. Под ребрами неприятно кольнуло, когда взгляд упал на спортивную сумку в руках у отпрыска.