Пошли вперед людей, пусть подготовят ужин и ночлег.

***

Герберт"

"- Мы же уже в твоей Таргасе, Тик, - недовольно прошипела Крис, когда мы только въехали в Имре, - а двигаемся, словно по чужому королевству. Зачем ты прячешься под этой грязной маской, изображая нищего простолюдина?

- А как я должен ехать, Крис? - так же негромко отозвался я, жадно глядя на хорошо знакомые места, по которым, оказывается, так сильно соскучился. - Всем объявить, кто я такой, вызвать носильщиков, сесть в паланкин и плыть парадным ходом прямо во дворец? Тогда Мальина подготовится как надо и устроит нам теплый прием в главном зале. Вот только будем ли мы живы после этого, сказать нельзя, но точно не увидим больше никакой свободы.

- Ты вроде бы боишься эту суку, - с долей презренья, смешанного с любопытством, хмыкнула Крис. - Что она все же сделала тебе? Я голову сломала, думая об этом! Что может сделать женщина мужчине, чтоб он искал ее, словно безумный? Как долго ты намерен это от меня скрывать?

- Отстань, не вынуждай меня быть грубым. Она мой враг, заклятый враг, я говорил уже тебе. Разве же мало этого? Я не боюсь ее, но эта гадина опасна, она как ядовитая змея, может наброситься, когда не ожидаешь. Поэтому мы вынуждены до поры до времени скрываться под личиной бедных путников, и ты прекрасно это понимаешь. Зачем же задаешь опять все те же глупые вопросы?

- Мне просто за тебя обидно, Тик, - буркнула она, - ты принц, перед тобой должны все преклоняться, а вместо этого плетемся на каких-то жалких клячах, даже коней нормальных ты не разрешил в Цахире взять, поэтому и ехали так медленно, да и погода жуткая, дороги все размыло…

- Не бормочи, вон постоялый двор, поужинаем, отдохнем, а утром двинемся в столицу.

Хозяин постоялого двора показался мне знакомым, поэтому пришлось отказаться от общей трапезы в большом зале и заказать ужин в комнату. Мы с Крис изображали братьев, и нас, ни о чем не спрашивая, поселили вместе. Кровать была одна, хотя достаточно широкая, но девушка смутилась и спросила, как мы будем спать.

- Как и всегда, - пожал плечами я. - Мы путешествуем с тобой уже давно и раньше что-то никого из нас такие вещи не смущали. Что же теперь не так?

- Тик, ты совсем не видишь во мне женщину? Я для тебя по-прежнему девчонка?

Я чуть помедлил, размышляя, что же ей ответить? Признать, что принудительная близость с чертовой ханайкой напрочь отбила у меня желание иметь в постели женщин, которое и раньше-то не слишком часто посещало мои чресла? Или пойти в признаниях до конца и рассказать, что в тайных закоулках подсознания желаю вовсе не такой любви?

- Не знаю, почему ты спрашиваешь у меня об этом, но я хочу тебя предупредить: ни в коем случае не позволяй себе в меня влюбиться. Я не смогу ответить на такие чувства, ни нынче, ни потом, ни через десять лет.