Влад поставил Машу на ноги, включил эффект сауны, и воду, чтобы заполнить джакузи. Когда он обернулся к Маше, то от ее вида, у него что-то сжалось в груди.

Она так и стояла, на том же месте, где он ее поставил, когда занес в ванную – с опущенными плечами, обхватив себя руками, скукожившись, словно пыталась спрятаться, от всего мира, и внимательно рассматривала, что-то на полу.

Влад быстро скинул свою одежду, и шагнул к Маше. Она безропотно подчинилась, когда он начал снимать с нее халат, позволила снять трусики. Он опять взял ее на руки, и вместе с ней шагнул в горячую воду.

Маша была настолько хрупкой и нежной, и беззащитной в его руках, что Влад испытывал странные и необычные чувства, прижимая ее к себе. Он даже точное описание не смог бы сейчас им дать, но то, что в этом эмоциональном клубке присутствовало желание обладать, граничащее с одержимостью, в этом он был уверен на сто процентов. Влад сел, в ванную, откинувшись на бортик, и посадил Машу между своих ног, к себе спиной.

Маша напряглась, чувствуя, как руки Влада притянули ее к себе, а затем легли на плечи и начали медленно и нежно разминать напряженные мышцы.

Тишина, и какая-то недосказанность, возникшая между ними, казалась осязаемой. И густела вместе с паром исходящим от горячей воды и датчиков электро-парной в джакузи. Влад так и продолжал осторожно руками разминать плечи Маши, но это нисколько не успокаивало ее, а наоборот еще сильнее настораживало.

Маша понятия не имела, как ответит Влад на ее выходку. Все же она ударила его, а потом еще и размахивала пистолетом, угрожая убить. Это серьезный проступок. И сейчас она прекрасно понимала, что поступила очень глупо и необдуманно. Раньше Маша считала себя очень терпеливой и уравновешенной. Все же Москва это не тот город, где стоит показывать свой нрав. Сталкиваясь с несправедливостью, как в университете, так и уже позже на работе, Маша старалась действовать не эмоциями, а головой. Обходила по возможности острые углы. Ни с кем никогда не ссорилась и не выходила на конфликты. Даже с Сережей в любой непонятной конфликтной ситуации она шла на уступки мужу, и всегда первая, даже если он был не прав, приходила к нему мириться, и скрепя сердце соглашалась с ним, потому что понимала, что в этом городе в одиночку не выжить.

Но стоило Маше встретить Влада, как ее будто подменили. И даже то, что свое Альтер-эго, она вроде бы усмирила, и нашла на нее точки давления, не способствовало успокоению ее собственной расшатанной нервной системы. И Маша вела себя, как неуравновешенный подросток, делая одну глупость за другой."

"И сейчас, возникшая между ними звенящая тишина, сильно угнетала ее.