Потом резко вскидывает глаза и смотрит на меня. Долго смотрит, секунды три. Он еще не зашел на территорию больницы, и мы не начали играть в субординацию.

Потом кивает, и я в ответ делаю приветственный взмах рукой.

Нам надо поговорить о прошлом. Мне кажется, я почти готова к этому. Мы ведь так и не расставили окончательные точки. Во время последней встречи я сказала, что люблю его. Он ответил, что ему нужно время. А сколько — он и сам не знает. Но много.

Нам нужно встретиться на нейтральной территории и без нервов, слез и обвинений спокойно обсудить прошлое. И окончательно отпустить друг друга. Я больше не могу вздрагивать при каждом его появлении. И как бы там ни было, я заслуживаю честности.

Мне следует набраться смелости и сказать ему об этом.

В среду на первой же операции, пока раскладываю «БДСМ-инструменты», слышу прямой вопрос от зава:

- Чего грустим?

- Вчера с подругами встречалась, до сих пор осадок. Все время об этом думаю. В голове кручу.

- Что случилось? - оживляется анестезиолог. Поболтать о личном — его самое любимое.

- До того как я решила стать медсестрой, я училась на экономе в СФУ. Завела там подруг, иногда мы видимся. Вот вчера как раз был такой день, - беру пинцетом салфетку, наношу на нее дезинфицирующее средство.

- Как у них дела? - спрашивает Ветров, нахмурившись над пациентом. - Полин, захвати больше площади. Чет у меня какое-то странное предчувствие.

- Конечно. - Обрабатываю операционное поле по спирали. - А Олеси все нормально, хочет открыть свой фитнес-клуб, вот копит деньги. Пока не замужем и не собирается. Галка беременная третьим. Мы думали, Влада придет, но она снова не смогла.

- Почему? - спрашивает анестезиолог, будто знает, кто такая Влада.

- Снова лежит в клинике, лечится от наркозависимости. Галка общалась с ее родителями, вроде бы дела у нее не очень, - поджимаю губы. - Так грустно. Я просто... помню ее до этой всей дряни. Она была классной. Раньше. Мы вместе часто ходили на вечеринки.

- У нее никогда не было тормозов, - вздыхает Илья. - К сожалению.

- Раньше все это казалось игрой. Мы ни о чем плохом не думали, просто искали способы сбежать от скуки.

- У нас тут уж точно не до скуки, Поля, - вклинивается второй хирург, усмехнувшись.

- Да. Слава богу, что я здесь. А не там, с ней, - говорю я. - Не понимаю, почему отец давал мне так много денег и вообще не контролировал их расход. Все готово, Илья Викторович, можете начинать.

- Медицина сама выбрала тебя, Полина, - говорит Илья, приступая к работе. - Она не отпускает нужных ей людей. У тебя не было выбора.

- Был, - упрямо заявляю я. - И сейчас он тоже есть. Мне кажется, некоторые люди рождаются со стержнем внутри, а некоторые его лепят сами. Вот я — точно слепила. Раньше я была пустой.

- Пустой ты не была никогда, - резко перебивает Илья. - Скальпель.