Все сильнее. Все неистовей.

И я кричу. Или стону. Или всхлипываю.

Слыша, как то, что вылетает из моего горла, смешивается с его рваными хриплыми выдохами.

Из глаз брызгают слезы.

Меня пронзает насквозь новыми и новыми прострелами. Трясусь под его телом, как тряпка на ветру. Все внутри звенит. Колет. Печет. Выстреливает.

Перед глазами пляшут красные пятна.

А он все не останавливается. Не дает передышки. Наоборот, только наращивает темп.

– А, может, тебе просто стыдно, м, малышка?

Пытаюсь поднять руки, чтобы утереть слезы.

Но он перехватывает.

С силой прижимает мою руку к своему вздыбленному члену.

Заставляет обхватить ладонью. Хотя… Обхватить я это могу только наполовину, и то с трудом.

Чувствую, как он тут же дергается, а сквозь зубы Смерч издает хриплый свист.

Каждая венка его огромного члена пульсирует под моей рукой.

Дико. Мощно. Одержимо.

Точно так же, как он вбивается в меня. Пальцем. Пока еще пальцем.

– В этом нет ничего постыдного, детка.

Он слизывает слезы горячим шершавым языком с моих щек.

И от этого прикосновения меня почему-то окончательно взрывает.

Это… Так будоражит. И будто бьет по каждому нерву.

– Мы просто дарим друг другу удовольствие. Да?

Я не отвечаю.

Не могу. Не способна ни пошевелиться, ни издать и звука.

– Молодец, малыш. Зачем надо было убеждать меня, что ты шлюха? Шлюхи не кончают так сладко. И со шлюхой я вел бы себя иначе. Или ты заводишься от грубости?

Только мычу что-то в ответ, пытаясь отрицательно мотать головой.

– Вот и хорошо. А теперь…

Он сбрасывает бойцовские трусы, упираясь в меня своей разгоряченной плотью.

– Теперь иди на диван. Встань на четвереньки. И раздвинь хорошенько ноги.

8 Глава 8.

Я не двигаюсь. Не могу. Не способна.

Но для него это не помеха.

Он просто подхватывает меня, как пушинку, и забрасывает на диван.

О нет. Нет. Нет. Нет.

Я начинаю трезветь.

Хоть все тело еще и потряхивает.

Особенно, когда вижу надвигающийся на меня его огромный орган.

Вздыбленный. Плотно прижатый к животу. Закрывающий пупок и густую черную поросль волос.

Понятно что все мои слова, любые, на него не подействуют.

Он разгорячен. Почти безумен.

Каждая клеточка в нем полыхает черной, дьявольской, безудержной похотью.

Диким адреналином.

Которому, чего уж скрывать, на какой-то безумный миг, поддалась и я.

– Давай, детка. Быстрее. Чего тянуть.

Он уже рычит.

Глаза чернеют так, будто становятся бездонной пропастью.

С ужасом расширенными глазами смотрю, как он обхватывает рукой у самого основания невероятно огромный член.

Разбухшая ярко-красная головка наливается еще сильнее. Раздувается с каждой минутой. С каждым шагом, которым он идет прямо на меня.

Его лицо перекошено.

Каждая огромная вена на члене вздувается. Толками, пульсацией толкает темную кровь.