– Врач присел на корточки рядом с мальчиком и попросил: – Отодвиньтесь.

Алла выпустила ладошку ребенка, которая согрелась в ее руке, встала с колен и пошатнулась.

Слезы застили глаза, она не слышала и не понимала, о чем спрашивает врач. Только видела сквозь туман, как он, откинув в сторону ее шубу, послужившую одеялом, осматривает ребенка. Теперь, когда ответственность за жизнь маленького человека оказалась в более надежных руках, чем ее собственные, Алла позволила себе стать слабой.

– Успокойтесь, – бросил доктор, – спина и голова вашего мальчика на месте. Сотрясение, конечно…

– Н-нога… – выдавила она.

Врач, щадя ее нервы, сделал вид, что не расслышал.

– Аллергия у ребенка есть? – спросил он вместо ответа.

Не в состоянии говорить, Алла мотнула головой, пытаясь объяснить, что она ничего не знает. Врач понял по-своему: кивнул и начал готовить шприц. Санитар уже вытаскивал из машины носилки.

Она, не отрываясь, смотрела на левую ногу ребенка: скрученная жгутом голень, пятка, торчавшая к небу вместо носка.

– Рентген сделаем, будет ясно, – ответил доктор на безмолвный вопрос, перехватив взгляд Аллы.

Перед глазами у нее все поплыло, она не удержалась на ногах, но ее вовремя поддержал санитар.

– Не до вас, – строго предупредил он."

"Алла торопливо закивала, отвернулась и схватилась за низкий железный забор, окружавший палисадник. Стала дышать: вдох-выдох, выдох-вдох. Как ни старалась, она не могла выдержать нужную очередность и ритм, голова продолжала плыть. Алла ничего не видела, но слух обострился до предела. Ей казалось, она слышит, как игла входит в кожу ребенка, как мальчик начинает дышать ровнее.

Врач и санитар склонились над малышом.

Пока накладывали шину, подъехала полиция. Из машины вышел тучный полицейский в зимней форме. Огляделся и разочарованно вздохнул.

– Сержант полиции Жаров, – представился он в пространство.

Ответом было молчание и скрежет разрываемого бинта.

– Где автомобиль? – полицейский подошел к Алле, здраво рассудив, что врачам «Скорой помощи» сейчас не до него.

– Мой? – она не поняла вопроса.

– Вы были за рулем? – он заметно оживился.

– Когда?!

– Когда сбили ребенка, само собой!

Алла почувствовала, что попытки выровнять дыхание прошли даром: голова закружилась с новой силой.

Она крепче впилась в ограду.

– Это мать ребенка! – в разговор вмешался врач.

– Да? – полицейский расстроился. – Простите. Тогда нужно ваше заявление. Вы видели, как все произошло?

Алла закивала, но от страха не смогла произнести ни слова: прекрасно понимала, что может случиться, если сейчас вскроется, что она не родственница малышу. У полицейского было только одно желание: как можно быстрее найти виновного.

– Как выглядела машина?

– Ч-ч-чер…

– Черная? – догадался полицейский.