Сжала его ногами, встретилась с его глазами, — Не-е-ет… Когда я начинаю получать удовольствие — не смей его прерывать! О-о-о! Ты понял всё? — да! Он понял! Вспышки огня, что пробегал по моим волосам, высвечивали гротескную фигуру мужчины надо мной. С моха я перешла на белую шкуру любовника и снимала с улыбкой садиста с неё стружку. Слизывала кровь… жадно… Все ощущения обострились, вокруг винтилась магия. Что это? Зачем? Не знаю… не важно…

За небольшое относительно время, за часа два я показала Первому снегу ещё две позиции… Одна понравилась нам обоим… Я зарылась в его волосы и командовала, что ему надо сделать, чтобы я снова вспыхнула.

Этим феноменом он заинтересовался, как и остальные мои мужья. И теперь пристально следил за волнами удовольствия, уносящим меня всё дальше, всё больше. М-м, какой горячий, какой огромный! И как он им старательно… а-ах! Вцепилась в его волосы и закричала!!

— Так всегда? — спросил он. Я гладила его волосы, всё, что доставала. Он так и не лёг ко мне на ложе — сидел внизу. Только привалился к камню, чтобы мне удобнее было его гладить.

— Всегда… когда любишь…

— Теперь вы уйдёте? Моя бо… — я закрыла ему рот поцелуем.

Наши языки сцепились в яростном, сладком танце."

"— Глупый… Это невозможно… — не понял, глаза как два светофора, — Мы уже связаны, я чувствую! Шаман знает своё дело…

— Мы… супруги? А вы не откажетесь?

— Нет, — только и сказала я, положив его руку себе на грудь. По мгновенно запылавшим волосам кентавр понял, что это тоже доставляет мне немалое удовольствие. После рук я указала на его губы. Робко и неспешно, изучал он моё тело, нежно и много раз проходил с верха вниз…

Утро мы… проспали, если цензурно выразиться.

В пещеру ворвались все участники будущей драмы: мои эмиссы, мои страстные и невозможные горгоны, мои трепетные любимые сайны, русал, райши с орком, боги. Кто именно издал сип или хрип, я не знаю. Но это прозвучало как выстрел в темноте и тишине древних сводов.

— Таи!!

— Я не виновата! — тут же стала оправдываться я.

— Ты жива!

— И теперь можешь выйти! — заголосили все, перебивая друг друга. Первый снег встал на ноги, понуро поплёлся вон из Священной пещеры.

— Смотрите! — проорал старый кретин, то есть Шаман, испугав меня до кондратия, — Смотрите на неё!

Куча кентавров протислась в проход, закрыв его для Первого снега.

Мы все заоглядывались, недоумевая, куда именно глядеть, и что искать.

— А где… Рыжий восход? — раздался в тишине вопрос.

— Как где? Вот! — и все стали искать кентаврицу. Да её уже наверно и копыта простыли! — Нету, — растерялись в Табуне.

— Вождь! Так с кем ты был сегодня ночью? — задал вопрос Шаман не в бровь, а в глаз! Я собрала ноги… голые ноги с остальным голым телом, в кучку, затерялась среди своих супругов.